Секреты филимоновской дели


           Искусство лепки и росписи затейливой глиняной потешки пришло в эти края, как утверждают специалисты, из далекого верхнего палеолита. Во всяком случае, обрядовые статуэтки, найденные археологами в древних курганах одоевской земли, позволяют сделать такие предположения. А местные предания относят истоки гончарного ремесла к временам Ивана Грозного. Именно тогда в местные владения князя Воротынского будто бы прибыл горшечник Филимон, положивший начало здешнему гончарству. А распространению его способствовали большие запасы жирных глин и тощие почвы для земледелия.
           Чтобы вылепить фигурку, мастера берут синику (мерную маслянистую глину) кладут в корыто и заливают водой на два дня. Потом тщательно вымешивают сначала лопатой, а потом руками, как тесто.
           На белых игрушках глянцевито блестели топкие полоски — красная, желтая, зеленая. Повторяясь, «одевали» фигурки в нарядную полосатую одежку. А парочки, их называют здесь «любота», «одевают» в разноцветные жакеты. Юбки у женских фигурок расписаны елочками, солнышками, треугольничками, а брюки у мужских фигурок — полосатые.
           Искусствоведы утверждают, что этот древний графический прием росписи глиняной игрушки сохранился только здесь. И в этом первый секрет филимоновской дели, как издавна зовут здесь глиняную игрушку-свистульку.
           Игрушки раскрашивают анилиновыми красками, разведенными на цельном курином яйце, пером, вынутым из крыла курицы. «Оно ладно краску держит, а кисточки, те лысеют быстро, волосы на игрушке оставляют, не любим мы их», — говорят мастера.
           Обычно у мастера в работе четыре краски и четыре перышка. Сначала мастер наводит на обожженную игрушку желтые полоски и пятна, обводит их красным перышком, а затем уже очередь зеленой полоски или синей. Лимонка, малинка, зеленка — так ласково называют они свои краски. Начинают писать с центра, а от пего уже развивают роспись дальше, повинуясь своему чутью.
           В последнее время филимоновская игрушка стала приобретать бродячий характер. Ее стали делать в Москве, Загорске, Туле, Щекине, Запорожье и других местах, а на родине, в Одоевском районе, ей грозила опасность исчезновения.

           Назад

Закрыть