Глава I \\ Беседы и суждения (Конфуций)

База знаний

Глава I (Начальный этап в развитии социальной педагогики с древних времен до XVII в.)

    Приключения доисторического мальчика (Демокрит)

    Беседы и суждения (Конфуций)

    Протагор. Законы. Государство (Платон)

    Политика (Аристотель)

Глава II (Развитее ведущих направлений в социальной педагогике XVIII - XIX вв. Становление социальной педагогики как науки.)

    Мысли о воспитании (Джон Локк)

    Проект регламента московских гимназий. Проект регламента академической гимназии (М.В. Ломоносов)

    О Человеке, его Умственных Возможностях И его воспитании (Клод Гельвеции)

    Высказывания о воспитании и образовании (Оуен Роберт)

    О воспитании детей (В.Г. Белинский)

    О значении народного образования. Мысли о воспитании (Л.Н. Толстой)

    Социальная педагогика (Пауль Наторп)

Глава III (Социальная педагогика в период научной револьции.)

    Школа будущего - школа работы (Георг Кершенштейнер)

    Школа действия (Вильгельм Лай)

    К вопросу о социалистической школе (Н.К.Крупская)

    Педология школьного возраста (Л.С.Выготский)

Глава I

Конфуций
БЕСЕДЫ И СУЖДЕНИЯ

   КОНФУЦИЙ (551-479), мудрец и педагог. Древний Китай.
   Основоположник конфуцианства - этико-политического и педагогического учения мирового масштаба. Оно и поныне оказывает сильное воздействие на культуру и другие стороны жизни Китая. Авторитет К. огромен, его рассудительное и практическое учение вписалось в жизнь народа и на много веков определило характер китайской системы образования, а сам он провозглашен «учителем 10 тысяч поколений».
   Обладая огромной эрудицией, К. был противником таинственности, всего непонятного. Незначительное место в его мировоззрении занимала религия. Конечная цель человека, по К., чисто земная: укрепление нравственности и преодоление невзгод в создаваемом гармоничном обществе. Для этого нужно следовать универсальным законам жизни - гуманности и этикету (Жень и Ли). Они просты. Гуманность в том, чтобы не делать другим того, чего не желаешь себе. И это, считал К., не столько божественная заповедь, сколько свойства человека, который по своей природе более склонен к добру, чем ко злу. Этикет воплощается в соблюдении традиций, почитании родителей, старших в семье, покорности государю.
   Общая же задача гуманности и этикета - воскрешение утраченного «золотого века», образец которого дан в древних писаниях. Он наступит в результате настойчивого труда и самоусовершенствования людей. Отсюда и основная цель воспитания - «благородный муж», «совершенный человек». Главное в образовании - знание исторического наследия, а в поведении - верность старине, древним обычаям. Нужно, учил К., жить в согласий с принципами Порядка и Середины, что предполагает обдуманность поступков, неторопливость и основательность, педантичное исполнение правил, умеренность во всем, в том числе в чувствах. Но следует быть активным, вмешиваться в ход событий, заботиться о близких. Еще один принцип поведения К. называл «Исправлением имен»: каждый обязан вести себя в строгом соответствии с занимаемым положением. Отец должен быть настоящим отцом, чиновник - чиновником. Плохо, когда государь является таковым лишь по имени, а на деле гуляка или зверолов.
   В учении К. есть общее с будущими идеями Платона. Но еще больше в нем общечеловеческого: чтобы быть счастливым, строй свою Жизнь на доброте, трудолюбии, порядочности, почитай старших, традиции, люби семью, народ, страну. Поэтому учение К. вышло за рамки Китая, получило мировую известность, и сегодня у него множество почитателей в разных странах.
   Письменных трудов К. не оставил. Но ученики и последователи записали его высказывания в книге «Лунь-Юй» («Беседы и суждения) - несистематизированные афоризмы, начинающиеся словами: «Учитель сказал...».

Беседы и суждения
Глава I

   ...Учитель сказал: «В хитрых речах и в поддельном выражении лица редко встречается человечность».
   Учитель сказал: «Молодежь дома должна быть почтительна к родителям, вне дома уважительна к старшим, отличаться осторожностью и искренностью, обильною Любовью ко всем и сближаться с людьми человечными. Если, по исполнении сего, останется свободное время, то посвящать его учению».
   Учитель сказал: «Не беспокойся о том, что тебя люди не знают, а беспокойся о том, что ты не знаешь людей». (...)

Глава III

   Учитель сказал: «Если человек нечеловечен, то что толку в церемониях? Если человек нечеловечен, то что толку в музыке?»

Глава IV

   Учитель сказал: «Прекрасна та деревня, в которой господствует человечность. Если при выборе места мы не будем селиться там, где царит человечность, то откуда можем набраться ума?»
   Учитель сказал: «Человек, не имеющий человечности, не может, долго выносить бедность и не может постоянно пребывать в радости. Человеколюбивый находит спокойствие в человечности, а мудрый находит в ней пользу». Учитель сказал: «Только человечный может и любить людей и ненавидеть их».
   Учитель сказал: «Если у кого есть истинное стремление к человечности, тот не сделает зла».
   Учитель сказал: «Я не видел, чтобы у человека недостало сил быть человечным, если бы он мог приложить к этому старание. Может быть, такие люди есть, но я их не видел».
   Учитель сказал: «Благородный муж знает долг, а низкий человек знает выгоду».
   Учитель сказал: «Добродетель не бывает одинокой, у нее непременно есть последователи (соседи)». (...)

Глава V

   Учитель сказал: «Тот, кто знает учение, уступает тому, кто находит в нем удовольствие».
   Цзы-гун сказал: «Если бы нашелся человек, который щедро раздавая народу, мог бы помочь всем, что Вы скажете о нем? Можно ли назвать его человечным?» «Не человечным только,- сказал Учитель, - Но непременно мудрым. (...) Человечный муж сам, желая иметь устои, создает их и для других, сам, желая развиваться, развивает и других. Быть в состоянии смотреть на других, как на самого себя, вот что можно назвать искусством человечности».
   Учитель сказал: «То, что мы не преуспеваем в добродетели, не уясняем себе изучаемого, не может устремляться на зов долга и не в состоянии исправить свои недостатки - вот о чем я скорблю».

Глава VII

   Учитель сказал: «Стремись к истине, держись добродетели, опирайся на гуманность и забавляйся свободными искусствами».
   Учитель сказал: «Думаете ли вы, дети, что я скрываю от вас что-нибудь? Нет, я от вас ничего не скрываю; все мои деяния вам известны. Таков я».
   Учитель учил четырем предметам: письменам, нравственно¬сти, преданности и искренности».
   Учитель сказал: «Далеко ли от нас человечность? Когда мы хотим ее, то она у нас под руками».

Глава VIII

   Конфуций сказал: «На молодежь следует смотреть с уважением. Почем знать, что будущее поколение не будет равняться с настоящим. Но тот, кто в сорок-пятьдесят лет не приобрел известности, уже не заслуживает уважения». (...)

Глава XII

   На вопрос... о человечности учитель отвечал: «Человечность - это любовь к людям». На вопрос: «Что такое знание? » - Учитель отвечал: «Знание - это знание людей». Фань Чи не понял. Учитель сказал: «Возвышая людей честных и преграждая путь бесчестным, мы можем сделать бесчестных честными». (...)

Глава XIV

   Учитель сказал: «Любящий человек разве может не поощрять к труду (того, кого он любит)? Преданный разве может не вразумлять (своего государя)?
   На вопрос Цзы-лу, что значит быть благородным человеком, Учитель сказал: «С благоговением относиться к самоусовершенствованию». «Это все?» - сказал Цзы лу. «Исправлять самого себя, чтобы через это доставлять спокойствие людям», - сказал Учитель. «Это все?» - спросил Цзы-лу. Учитель сказал: «Исправлять себя для доставления спокойствия народу».

Глава XV

   Учитель сказал: «Если будешь требователен к самому себе и . снисходительным к другим, то избавишься от ропота».
   Цзы-гун спросил: «Есть ли слово, которым можно бы было руководствоваться всю жизнь?» Учитель ответил: «Это взаимность». - «Чего себе не желаешь, того не делай другим».
   Учитель сказал: «Человек может сделать великой истину, но не истина человека».
   Учитель сказал: «Ошибки, которые не исправляются, вот настоящие ошибки».
   Учитель сказал: «Народ нуждается в человечности более, чем в огне и воде; я видел людей, умирающих от огня и воды, но не видел умиравших от того, что они были человечны».

Записки об обучении

   Учитель сказал: «Народ нуждается в человечности более, чем в огне и воде; я видел людей, умирающих от огня и воды, но не видел умиравших от того, что они были человечны».
   Учитель сказал: «В человечности не уступай и учителю».
   Учитель сказал: «Благородный муж прям и тверд, но не упрям».
   Учитель сказал: «В обучении нет различий между людьми». ...Конфуций сказал: «Кто в состоянии исполнить пять требований, тот будет человечен». - «Позволю спросить, что это такое?» Конфуций сказал: «Почтительность, великодушие, искренность, сметливость и доброта. Если человек почтителен, то он не подвергается пренебрежению, если человек великодушен, то он привлекает к себе всех, если он честен, то люди полагаются на него, если он сметлив, то он будет иметь заслуги, если он милостив, то в состоянии будет распоряжаться людьми».
   Когда благородный муж учит и воспитывает, он ведет, но не тянет за собой, побуждает, но не заставляет, указывает путь, но не позволяет ученику идти самому. Поскольку он ведет, а не тянет, он пребывает в согласии с учеником. Поскольку он побуждает, а не заставляет, учеба дается ученику легко. Поскольку он лишь открывает путь, он предоставляет ученику возможность размышлять. Согласие между учителем и учеником, легкость учения и возможность для ученика думать самому и составляют то, что зовется умелым наставничеством.

Из книги «Мэн-Цзы»
Глава II

   ...Говорят, что все люди обладают чувством сострадания, это можно видеть из следующего: люди, вдруг увидав, что ребенок готов упасть в колодец, испытывают чувство испуга и сострадания, и это не потому, что хотят завязать дружбу с его родителями, не потому, что домогаются похвал от своих соседей и друзей и не потому, наконец, что для них неприятна дурная репутация.
    Из этого видно, что не имеющий чувство сострадания — не человек; что не имеющий чувства стыда и отвращения ко злу — не человек; что не имеющий чувства самоотречения и уступчивости — не человек; не человек и тот, кто лишен способности одобрять и порицать.
   увство сострадания есть начало человечности. Чувство стыда и отвращения ко злу есть начало справедливости. Чувство самоотречения и уступчивости есть начало житейских правил. Способность одобрения и порицания есть начало мудрости.
    Эти Четыре начала у человека то же, что четыре конечности тела. Когда люди, имея эти четыре начала, сами говорят, что они не могут развить их, то они самогубители, а кто говорит, что князь его не может развить их, тот губит своего князя.
   Имеющиеся в нас четыре начала мы должны уметь развить и довести до полноты. Они подобны только что воспламеняющемуся огню, только что пробивающемуся роднику. Если мы доведем их до полноты, то их достаточно будет для защиты всей вселенной; если же не доведем их до полноты, то их не хватит для сложения родителям ».(...)
   ...Учиться у других делать добро — значит помогать другим делать его. (...)

Глава IV

   Мэн-цзы сказал: «Нравственные воспитывают безнравственных, способные воспитывают неспособных. Поэтому люди радуются иметь талантливых и нравственных отцов и старших братьев; но, если нравственные будут бросать безнравственных, а способные неспособных, в таком случае между талантливыми и нравственными и между неспособными и безнравственными почти не будет никакой разницы».
   Мэн-чцзы сказал: «Какие печальные последствия должны нести те, которые говорят о чужих недостатках!». (...)

Глава VI

   ...Если люди не делаются добрыми, то это не по вине их способности к добру.
   У всех людей есть чувство сострадания, есть чувство стыда и негодваноия, есть чувство почтения и благоговения, есть чувство правды и неправды. Чувство сострадания - это человечность; чувство стыда и негодования - это справедливость; чувство почтения и благоговения - это правила приличия; чувство правды и неправды - это способность познания. Человечность и справедливость, правила приличия и способность дознания - они не извне вливаются в нас, а мы их действительно имеем в себе, но только не думаем о них. Поэтому и сказано: «'Если будете искать их, то найдете, а если оставите в стороне, то потеряете их. С утратой их одни удаляются от Добра ни расстояние вдвое большее, другие впятеро большее, а некоторые - на бесконечное расстояние и вследствие этого не в состоянии использовать в полной мере свою способность к Добру.
   Покрытая лесом, гора Ню когда-то была прекрасна, а теперь, когда благодаря тому, что она сделалась предместьем столицы большого государства, деревья порубили топорами и секирами,— можно ли считать ее прекрасною? Но под влиянием постоянного действия животворного воздуха, дождя и росы от Деревьев пошли отпрыски, а тут опять выпустили туда коров и овец. Благодаря этому гора имеет обнаженный вид. Люди, видя ее обнаженной, думают, что на ней никогда не было лесу. Это разве природа горы?
   Так и с человеком. Хотя бы у него оставалось только то, что составляет человека, — разве можно допустить, чтобы у него не было чувств человеколюбия и справедливости? То, посредством чего он теряет свое коренное доброе чувство, - это как бы топоры и секиры по отношению к деревьям. Подвергаясь изо дня в день их ударам, разве возможно допустить, чтобы они сохранили Свою красоту? Подрастая в течение дня и ночи, при чистом воздухе спокойного утра, это чувство бывает близко к человеку но в слабой степени, и сковывается, и губится потом недобрыми деяниями; а так как оно сковывается ими повторно, то живительного влияния ночного воздуха бывает уже недостаточно для сохранения этого коренного доброго чувства, а когда для сохранения его оказывается недостаточно живительного ночного воздуха, тогда природа человека недалеко уходит от природы животных. А люди, видя только эту оскотинившуюся природу, думают, что она никогда не обладала этой силой. А разве это человеческое чувство?
   Поэтому нет ни одного предмета, который бы не развивался, если только он будет пользоваться надлежащим уходом, и нет ни одного предмета, который бы не погиб, если не будет пользоваться надлежащим уходом.
   Конфуций сказал: «Если держать крепко, то сохранится; если оставить, то погибнет. Для удаления и прихода его нет определённого времени и никто не знает его направления». Не о сердце ли сказано это?» (...)

   …Мэн-цзы сказал: «Человечность - это сердце человека, а справедливость - это путь человека.
   Как жаль, что люди пренебрегают этим путем и не идут по нему: теряют сердце и не умеют отыскать его. Когда у человека пропадает собака или курица, он знает, как отыскать их, а утратив сердце, он не знает, как отыскать его.
   Учение не имеет другого назначения, как только стремиться к отысканию утраченного сердца.
   Вот у человека согнут безымянный палец и не разгибается, он не причиняет ему ни боли, ни неудобства. Но если бы нашелся человек, который мог бы разогнуть его, то тот не счел бы далеким путь из Цинь в Чу только ради того, что у него безымянный палец не такой, как у других.
   Когда у человека палец не такой, как у людей, так он умеет чувствовать недовольство, а когда у него сердце не такое, как у других, так он не умеет чувствовать его. Это называется не иметь понятия об относительной степени важности предметов.
   Если кто-либо захочет взрастить дерево в два обхвата, то он сумеет, как выходить его. Что же касается собственной личности, то мы не знаем, каким образом воспитать ее». (...)

Глава VII

   ...Мэн-цзы сказал: «В нас есть все. Нет большего удовольствия, когда, обращаясь к себе, мы находим, что мы искренни. Ближайший способ к отысканию человечности заключается в том, что в деятельности быть усердным и снисходительным к другим». (...)

   ...Мэн-цзы сказал: «Человеческое умение без обучения - это врожденный талант. Знание чего-либо без размышления - это врожденное знание.
   Любить родителей - это выражение человечности; почитать старших - это долг справедливости. Для человека, желающего быть добрым, не нужно ничего другого, как только распространять эти чувства на всех.
   Шунь, обитая в глубоких горах, живя с деревьями и камнями и блуждая с оленями и свиньями, мало чем отличался от горного дикаря. Но когда он слышал доброе слово или видел добрый поступок, то уподоблялся (по стремительности к добру) неудержимому течению воды при порыве реки». (...)

Copyright © 2004, 41 группа
Филиал КГПУ в г. Канске

Закрыть