ЛЕКЦИЯ 4.

ДЕТСТВО. ЗАЩИТА ДЕТЕЙ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

Детство. Сиротство, социальное сиротство. Дети-беглецы, дети, страдающие от жестокости родителей, дети-инвали­ды. Статья Ш.А-Амоношвили «Что такое детство». Защита детства. Конвенция ООН, опыт помощи детям, приюты, семейные детские дома.

Детство

    Как следует рассматривать детство? Во-первых, как процесс индивидуального развития ребенка, во-вторых, его положение в обществе, точнее, заботу общества о детях.       Учитывая, что детство, как и жизнь взрослого челове­ка, это процесс развития, важным в становлении взрос­лого человека является то, что заложено в детстве.

    Возрастные особенности ребенка характеризуются тем, что на каждом этапе происходит особенное физическое созревание, оп­ределенное познавательное развитие, опыт социальной жизни, определенные моральные устои.

    С возрастом происходит социальное становление ребенка, ко­торое зависит в первую очередь от семьи. Поэтому ответствен­ность семьи перед обществом огромна.

    Увеличение смертности детей, сокращение рождаемости, уве­личение числа детей-инвалидов - все это результат современно­го экономического и политического кризиса в стране.

    Снижение жизненного уровня населения сказалось и на детях их нравственном, физическом и психическом здоровье. Дети и подростки оказались наиболее незащищенными среди населения страны.

Отсутствие реальных государственных мер защиты детей и под­ростков сказывается на их поведении, деятельности, общении, приводит к антиобщественному поведению, погоне за деньгами любыми средствами, росту преступности.

Кризис образования, остаточное финансирование вылились в нехватку педагогических кадров, оторванность школы от обще­ственных процессов. Это сказалось на обучении и воспитании под­растающего поколения.

Прежде чем рассмотреть опыт защиты детей в современных условиях, хочу остановиться на понятии «детство». Каждому ясно, что такое дети, ребенок. Понятие «детство» требует рассмотрения. Для этого следует обратиться к книге «В школу - с шести лет» замечательного современного педагога Шалвы Александровича Амонашвили. Его имя известно каждому учителю, его опыт, его методы обучения и воспитания стали предметом изучения и под­ражания. Его анализ особенностей детства, конфликтов в воспи­тании необходимы социальному педагогу.

Ш. А. Амонашвили

В школу - с шести лет

(отрывок)

Что такое детство

Понятие «детство» в периодических и психологических словарях не находит своего определения. Это по меньшей мере странно, так как без четкого представления о его содержании нельзя уяснить основные положения детской, возрастной и педагогической психологии, а также многие действия и поведение ребенка.

Детство есть определенный период первоначальной жизни челове­ка. Однако чем этот возраст отличается от последующих? В обыден­ном понимании слово «детство» связывается с беспечной жизнью ма­ленького человека: если ребенок ни о чем не думает, кроме удовлетворения своих потребностей, и если ему ничего другого не хо­чется, кроме игр, развлечений и удовольствий, значит он находится в состоянии детства.

Детство, разумеется, нельзя мыслить без возраста, и ребенок, ко­нечно, нуждается в заботе и защите взрослых. Одновременно следует уяснить себе, в чем должна проявляться наша забота по отношению к малышам, от кого их нужно защищать и оберегать. Будет ли хорошо, если исходя из мысли, что детство - «райский» период беспечности и удовольствий, мы будем противостоять любым переменам, которые выведут ребенка из этого состояния и заставят иначе взглянуть на действительность? Пойдет ли на пользу ребенку, если с помощью искусст­венно созданных условий мы возможно дольше задержим его в этом «райском» мире? Конечно же, этим мы только повредим ребенку, и это будет уже не защита детства, а искажение его сути.

...Все эти рассуждения требуют конкретизации.

Во-первых, детство не есть период беспечной и «райской» жизни. Это нам, взрослым, с точки зрения наших жизненных проблем кажется, что у детей нет забот и что они только играют и веселятся. Такое пред­ставление неверно. В жизни детей, как и в жизни взрослых, много про­блем сложных, трудноразрешимых, порой неразрешимых, и они зас­тавляют детей переживать, страдать, преодолевать трудности, бороть­ся, радоваться. Возникают сложные взаимоотношения между самими детьми, между детьми и взрослыми.

...Взрослый, не замечающий, как детям порой сложно жить, как мно­гогранна и содержательна эта жизнь, может допустить ошибку в их вос­питании.

Во-вторых, настоящее детство - это движение вперед, это непрек­ращающийся процесс взросления. Ребенок хочет быть взрослым... Во многих играх мы наблюдаем, как дети берут на себя роль мамы, папы, врача, строителя, учителя, солдата, продавца и т.д. Трудно найти слу­чай, чтобы ребенок взял на себя роль того, кто младше его...

...Суть детской жизни, суть детства, таким образом, не что иное, как стремление поскорее стать взрослым...

Если подойти к детству с этой точки зрения, следует иначе осмыс­лить нашу позицию по отношению к детям. В общении с ними нам, по всей вероятности, следует идти навстречу их потребности взрослеть. Вовсе не обязательно постоянно напоминать ребенку, что он еще ма­ленький, выказывать снисходительность, жалость, чрезмерно опекать его. Наша забота о ребенке будет иметь педагогический смысл в том случае, если он в общении с нами почувствует, что мы относимся к нему не как маленькому: доверяем, поручаем важные дела, считаем­ся с ним, таким образом делаем процесс взросления ощутимым для него.

Задача воспитания заключается в том, чтобы помогать детям в их взрослении, поддерживать даже малейшие продвижения на этом пути. Только так можно дать им настоящее детство. Мы же радеем прежде всего о том, чтобы предоставить ребенку как можно больше развлече­ний, игрушек и уберечь от всякого труда, даже по самообслуживанию.

...Радость и романтика детства вовсе не в игрушках и удовольстви­ях, а в открытии себя в жизни, в приближении к своему будущему. Вот почему дети совершают поступки, в которых утверждают свою само­стоятельность, играют в игры и берут игрушки, которые вводят их в мир взрослых.

Это неугомонная, полная приключений, трудностей и преодолений деятельность, устремленная в будущее и есть настоящее детство на­ших детей. Желание десятилетних детей 80-х гг. пойти в школу, чтобы больше увидеть, узнать, научиться чтению, письму, счету, обрести но­вых друзей - есть одно из доказательств того, что детство - это взрос­ление, суть которого потребность в более содержательной, интерес­ной, умной, самостоятельной жизни.

 

Об источнике конфликтов в воспитании

 

Конфликтное состояние между ребенком и взрослым, воспитанни­ком и воспитателем возникает не так редко. Оно бывает обостренным, натянутым, переходит в грубые формы взаимоотношений, иногда про­текает скрыто и длится долго или сразу гаснет. Как будет преодолен конфликт зависит прежде всего от взрослого.

...Каков источник возникновения конфликтных ситуаций и можно ли преодолеть их? Позволю себе свободно изложить концепцию Д.Н.Уснадзе о так называемой трагедии воспитания. Суть этой концепции зак­лючается в следующем. Цели воспитания задаются обществом, и вос­питатель, стремясь к их осуществлению, заботясь о будущем своих воспитанников, часто поступается их сегодняшними интересами. У вос­питателя самые благие намерения по отношению к ребенку: прибли­жать его к своему будущему, воспитывать хорошего человека. Однако ребенок живет сегодняшним днем, и все его потребности возникают на основе настоящего. То, что ему хочется сейчас, требует мгновенного удовлетворения. Он пленник своих сиюминутных желаний и потребно­стей. Естественно, что они часто не совпадают с объективно необходи­мыми требованиями воспитателя. Ребенку хочется смотреть передачу по телевизору, но в это время он должен спать. Он просится гулять, хотя не выполнил домашнего задания. Не обращая внимания, что идет урок, он начинает рассказывать соседу о своей новой игрушке.

Ребенок не в состоянии быть всегда разумным, преодолевать свои импульсивные потребности, сознательно отказываться от «хочу» в пользу «надо». Слабая воля, скудный социальный опыт не позволяют выработать у него чувство долга, ответственности, умение сдерживать себя. Удовлетворение сиюминутных, личностно значимых потребностей имеет для малыша жизненный смысл. Он, конечно, стремится стать лучше, но не хочет при этом лишиться и удовольствий, радостей сегод­няшнего дня.

Задача воспитателя заключается в том, чтобы в соответствии с про­граммой вести детей к их будущему. Однако деятельность воспитате­ля ребенок воспринимает как чуждую своим интересам, посягатель­ство на свои права, вмешательство в свою жизнь и переходит к самозащите, противодействию. Эту ситуацию Д.Н.Уснадзе назвал тра­гедией воспитания. Это «трагедия» потому, что воспитанник, не пони мая благих намерений воспитателя, действует во вред себе, борется против своего будущего.

Обучение и воспитание, педагогический процесс в целом в силу сво­его социального назначения всегда несут в себе элемент принужде­ния. Это обусловлено тем, что активизация и развитие внутренних сил и возможностей ребенка происходят не на свободно избираемом им материале, а на содержании воспитания и обучения, предопределен­ном требованиями общества, уровнем его культурно-экономического развития, его идеалом.

Сами методы, формы обучения и воспитания тоже исходят в первую очередь из педагогических целей и задач, а не из потребностей детей.

Таким образом, поступившему в школу ребенку предлагают виды и содержание деятельности, режим и распорядок жизни, которые могут не соответствовать тому, что ему хочется в тот или иной момент, и поэтому источник конфликтов будет действовать постоянно.

Хотя в начальных классах конфликтные ситуации, как правило, не проявляются открыто (младшие школьники еще не осмеливаются про­тиворечить педагогу), однако это еще не значит, что их нет. Отрица­тельный эмоциональный заряд, полученный в начальных классах, мо­жет легко взорваться конфликтом в будущем. Негативное отношение к школе, нежелание учиться часто возникают не потому, что содержание обучения и воспитание предопределены взрослыми, а из-за импера­тивного характера педагогического процесса, когда ученика заставля­ют, принуждают, не считаясь с его интересами.

Следовательно, преодоление «основной трагедии» воспитания за­висит от того, как взрослые (родители, воспитатели, учителя) общают­ся с каждым отдельным ребенком, какие отношения с ним устанавли­ваются в педагогическом процессе.

Естественно, что оставить ребенка в плену своих желаний и им­пульсивной активности и дожидаться пока образумится и доверится нам, нельзя. Этим мы нанесем невосполнимый вред его развитию и своевременному становлению как человека, как личности.

Однако и принуждать, подчинять ученика своей воле - значит не достигнуть желаемого результата: в атмосфере страха, попрания его личности он не сможет полностью раскрыть свои задатки, знания, нрав­ственно-этические ценности будут усвоены им формально, не станут убеждениями.

Получается, что нужно искать иной подход к ребенку, иную психоло­гическую основу построения учебно-воспитательного процесса.

 

Социальное сиротство.

 

Социальное сиротство - социальное явление, обусловленное наличием в обществе детей, родители   которых умерли, детей, ос­тавшихся без попечения родителей вследствие лишения их родительских прав, признания родителей не ­    дееспособными, безвестно отсутствующими и т.д. Это и дети, родители которых юридически не лишены родительских прав, но фактически не заботятся о своих детях.

Понятие «социальное сиротство» возникло в период кризис­ного состояния семьи, падения ее нравственных устоев, массовой беспризорности.

Рост разводов, когда ребенка воспитывает один из родителей - отец или мать, возрастание числа детей, рожденных вне брака (19,8% от числа новорожденных), безработица родителей при­водят к отклонениям в нравственном поведении ребят. Более 50% подростков, совершающих правонарушения, из неполной семьи, более 30% детей с психологическими отклонениями воспитыва­лись без отца.

Детей-сирот стали усыновлять иностранные граждане. С 1992 г. в России иностранцы усыновили 12 тыс. ребят. Уничтожение детских домов и создание школ-интернатов, перевод в школы-интернаты детей-сирот ухудшило их положение. В большинстве школы-интер­наты переполнены и неблагоустроены. Детские дома были неболь­шими, и в них воспитатели пытались дойти до каждого воспитан­ника. Школы-интернаты не справляются с решением социальных проблем детей-сирот. Нетрудоустроенные, без жилья, вытолкну­тые в ПТУ, не подготовленные к самостоятельной жизни выпуск­ники школ-интернатов встают на путь нарушения закона.

    Сегодня в России 4 млн беспризорных, 6 тыс. преступлений совершено подростками, 2 тыс. детей самоубийц, 573 тыс. детей-сирот.

    Комиссия по делам женщин, семьи и демографии при Прези­денте РФ отмечает, что за последние 5 лет число детей-сирот и детей-инвалидов увеличилось на 70%.

    Что является причиной социального сиротства?

- Рост числа родителей, лишенных родительских прав;

- выросшие дети, идут по стопам своих родителей как и они, лишаются родительских прав;

- обнищание населения.

    Так, в 1995 г. в г. Клин был известен факт, когда мать и отец отказались от третьего ребенка, так как не в состоянии его про­кормить; Также рост наркомании и алкоголизма;

- увеличение числа семей, где родители по состоянию здоровья, физического или психического, не способны воспитывать детей, большинство из них умственно отсталые;

- возросло число семей, где нет нормальных условий для проживания;

- несовершеннолетние матери бросают детей.

Резко сократилось число детей,  которых берут под опеку. По сравнению с 1994 г. на 50% сократилось усыновление, что влечет за собой необходимость увеличения мест в детских домах.

 

Дети-беглецы

 

    В большинстве это подростки 15-16 лет, чаще дети из городских семей, меньше из сельских. Они не хотят трудиться, предпочитают общаться со  сверстниками, а не с родными. Среди них 56,7% девочки, 43,3% мальчики. Из них 8% прогуливали школу, 17% были исключены, 5%г временно бросили школу, 69% учились, 1% окончили школу.

Большинство беглецов из распавшихся семей или из семей где постоянно возникают конфликты, ссоры. Реже бегут из спокойных семей, те, кто бросил школу и пребывает у своих друзей.

Исследователи рассматривают причины ухода из семьи как «побег от» и «побег к», что дает возможность рассматривать уход семьи как из-за притеснений или поиск чего-то. Причиной побега являются волнения ребенка из-за неудач в достижении цели, конфликты в семье. Главное - в окружающей среде.

Беглецы подвергаются опасности, особенно подростки, так как они более уязвимы и психологически, и физически и нередко подвергаются насилию.       

Убегающие девочки или беременны, или пережили сексуаль­ное насилие, их чаще всего втягивают в раннюю половую жизнь. Кроме стресса, который они переживают, в тяжелом положении они оказываются с рождением ребенка.

 

Дети, страдающие от плохого обращения

 

    Работая с семьей, социальный педагог сталкивается с детьми, пережившими жестокое обращение. Медики часто сталкиваются с детскими травмами, которые являются результатом плохого обращения с детьми в семье. Существует термин «синдром избитого ребенка».

    Виновниками плохого обращения являются родители (94,2%), из них 85% родные родители. Из них 60% женщины, 39% мужчи­ны. Родители или лица, их замещающие, плохо ухаживают за ре­бенком (88%), совершают физическое насилие (87%). Родные ма­тери виновны в плохом обращении и уходе почти в 2 раза больше, чем отцы (75% против 41%). Ученые определили, что причиной плохого обращения явля­ются личные качества родителей.

В этих семьях обострены социальные проблемы, чаще это неполная семья, родители - алкоголики, наркоманы, религи­озные фанатики, несовершеннолетние до 17 лет, беженцы или безработные, с физическими недостатками (глухие, слепые), умственно отсталые или с психическими заболеваниями.

Десять процентов детей из таких семей и переживших насилие погибают, у них развиваются физические и психические отклоне­ния. Они необразованны, не хотят учиться и трудиться, не могут определиться в жизни, создать семью.

Самым распространенным видом насилия является физиче­ское, когда на теле ребенка остаются следы травм, ремня. При плохом питании ребенок плохо растет, на теле сыпь, он неопря­тен, плохо развивается физически. В результате из-за побоев или полуголодного существования подростки бегут из дома.

Дети, пережившие сексуальное насилие, подвержены нервно-психическому расстройству. Малыши всего боятся, замкнуты, пло­хо учатся, плохо общаются со сверстниками, выбирают сексуаль­ные игры. Подростки впадают в депрессию, бегут из дома, становятся наркоманами или алкоголиками, рано вступают в бес­порядочные половые связи.

При психическом (эмоциональном) насилии, когда ребенка (подростка) уничтожают словами, ему угрожают, его изолируют, ему лгут, с его здоровьем происходят патологические изменени­ям. У ребенка печальный вид, задерживается его физическое и умственное развитие.

Они агрессивны, плохо спят, подвержены энурезу, беспокой­ны, не умеют контактировать со сверстниками.

Моральная жестокость в семье - это, когда о ребенке не забо­тятся, им пренебрегают. Ребенок запущен, недоразвит, у него не развита речь, он часто болеет, его тело покрыто сыпью. Он ворует, постоянно голоден, без ласки и внимания он подавлен и агресси­вен, плохо учится, не умеет дружить, способен на преступления вплоть до вандализма. Обобщая эти характеристики, следует под­черкнуть, что всякое насилие над ребенком приводит к физиче­скому и психическому расстройству здоровья.

    Некоторые родители оправдывают плохое обращение с ребенком его врожденными отрицательными качествами. Такая позиция родителей может усилить конфликт и привести к изоля­ции ребенка в семье. Исследователи считают, что такие родители в детстве сами подвергались жестокому обращению, имели боль­шие проблемы в общении с близкими людьми.

Дети-инвалиды

 

    Задача социального педагога - создать такую педагогическую ситуацию, чтобы помочь ребенку выйти из кризиса, учитывая, что такие дети очень привязываются к воспитателю.

Я хочу повторить, что в последние годы количество детей-инвалидов увеличилось на 15%. В основном это нервно-психические заболева­ния. Причинами являются экологическая обстановка, травматизм, заболевания или состояние матери во время беременности.

Существующие школы-интернаты для детей-инвалидов требу­ют финансирования, ремонта, оснащения. В них устарело и не хватает оборудования, средств для оздоровления детей.

В 1994 г. в России была проведена целевая программа «Дети-инвалиды», во время которой в школы, детские дома, школы-интернаты для инвалидов направлялись сельскохозяйственные машины, автомобили, различные технические приспособления, началось строительство 30 детских домов-интернатов.

 

Дети в семье алкоголиков

 

    Работа социального педагога с детьми из семьи алкоголиков   требует особого подхода. Важно учитывать, пьют ли в семье все или только отец, или только мать.

Отец-алкоголик занимает определенную позицию, он счита­ет, что ему мешают дети, он их бьет или мелочно откупается. Мать-алкоголичка бывает с детьми ласкова, но детьми она не занимается. Дети в этой семье неухожены, часто голодают, боль­ны, большинство умственно отсталые. Они агрессивны, стремят­ся сами себя защитить, страдают от того, что их родители пьют, и стараются дружить с детьми из семей алкоголиков.

Мальчики-подростки из таких семей чаще всего убегают, де­вочки бросают школу, вступают в раннюю половую связь.

На первом этапе работы социального педагога с такой семьей важно убедить ее членов, что семье хотят помочь, и от этой пози­ции строить всю дальнейшую работу.

Дальше необходимо взять сведения о детях в поликлинике, в школе, в комиссии по делам несовершеннолетних.

Главная задача социального педагога состоит в том, чтобы изо­лировать ребенка от родителей-алкоголиков. Для этого необходи­мо проконсультироваться с юристом. Если родители лишаются родительских прав, необходимо находить родственников, решать вопрос об опеке или определении детей на время в приют, в дет­ский дом или к новым родителям.

 

Здоровье детей

 

    Безнадзорность, стрессовость, отравления и несчастные слу­чаи увеличили смертность среди детей. Заболеваемость среди детей до 14 лет охватывает почти все органы ребенка.

    Почти в 3 раза увеличилось заболевание детей инфекционными болезнями, на 10% - дизентерией, на 11% - туберкулезом, в 2,7 раза - сифилисом, на 3% - гонореей, в 1,8 раза - чесоткой.

Сократилось число детей-дошкольников, 17,3% из них больны хроническими  заболеваниями, 67,6% - функциональными забо­леваниями.

Только 10% выпускников общеобразовательной школы здоро­вы. Число девушек с хроническими заболеваниями к окончанию школы составляет 75%, юношей - 36,3%2.

    На 16% увеличилось число детей-инвалидов до 16 лет. Особый разговор - о здоровье подростков. Раннее курение, наркома­ния, алкоголизм, алкогольный психоз, ранняя половая жизнь.

    Конечно, такое состояние здоровья детей и подростков зави­сит от здоровья родителей. Отклонения в состоянии здоровья матери во время беременности, стрессовое состояние семьи в пе­риод кризисного состояния общества, неблагополучная окружа­ющая среда, экологические факторы - все это влияет на массо­вую патологию детей.

    На здоровье ребенка также влияет современная система обра­зования. В детском саду - это переутомление в переполненных группах, отсутствие нужной мебели. В школе переход на пятиднев­ную неделю привел к переутомлению и увеличению заболеваний детей с 15% до 24%.

    Сокращение санаторно-лесных школ (с 91 до 85) сократило возможность лечения детей.

    Сейчас в нашей стране 422 дома ребенка для 35 тыс. детей, 745 детских домов для 84 тыс. детей, 237 школ-интернатов для 71 тыс. детей.

    В России ежегодно выявляется около 100 тыс. детей, нуждающихся в опеке. Дети-сироты или дети, брошенные роди­телями, попадают в дома ребенка (с рождения до 3 лет), позднее в детские дома и школы-интернаты.

Среди воспитанников школ-интернатов 68% детей, родители которых лишены родительских прав, 8% - одиноких родителей, 7% - родители которых сами отказались от своих детей.

Чтобы ребенок развивался нормально и комфортно себя чув­ствовал, необходимо, чтобы окружающие его условия способство­вали этому. Сюда относятся общение, быт, физическое здоровье, характер отношения к окружающим, личные успехи ребенка.

Однако во всех интернатных учреждениях среда обитания, как правило, сиротская, казарменная. Сами условия, в которых живут дети, тормозят их умственное развитие, искажают развитие лич­ности.

Попадая в эти учреждения, дети, как правило, уже имеют от­клонения физического и психического характера. Чаще всего на­блюдаются задержка умственного развития, нарушение половой идентификации, склонность к наркотикам и правонарушениям. Такой ребенок в общении нервозен, старается добиться внима­ния и в то же время его отторгает, впадает в агрессивность или отчуждается. Не умеет быть внимательным, любить. Все это при­водит к тому, что ребенок относится к окружающим недруже­любно, только отрицательно.

В условиях детского дома у ребят возникают своеобразные от­ношения друг с другом. В семье существует чувство фамильного «мы». Это нравственная сила создает у ребенка состояние защи­щенности.

Без родительского покровительства у ребят стихийно склады­вается интернатское «мы и чужие», «мы и они». От «чужих» все обособляются, но и в своей группе ребенок обособлен.

Из-за отсутствия любви и заботы, отсутствия родительского попечительства и тепла ребята могут жестоко обращаться со сво­ими сверстниками, обижать младших. Отчуждение от людей они считают нормой, отсюда их «право» на нарушение общественных устоев. В школе они негативно относятся к одноклассникам, жи­вущим в семьях.

Ребенок в интернате должен адаптироваться к большому числу сверстников. Постоянное пребывание в их среде создает постоян­ную напряженность, тревожность, агрессию. В интернатах и дет­ских домах распространены онанизм, гомосексуализм, сексуаль­ные отклонения. Все это результат нервных расстройств недостающей любви, отсутствия положительных эмоций.

    В интернатах нет помещения, где бы ребенок мог побыть один, отдохнуть от постоянной толпы, проанализировать свои поступки.

    Без внутреннего самососредоточения формируется определен­ный стандартный социальный тип личности. У детей, живущих на государственном обеспечении, формируются иждивенческие черты («нам должны», «дайте»), отсутствуют ответственность и береж­ливость. Стремясь к обособлению, дети из интерната осваивают чердаки и подвалы. Без опеки взрослых такое обособление приво­дит к безрассудным поступкам, побегам и бродяжничеству.

    В психическом развитии эти дети заметно отличаются от ровес­ников из семьи, отстают и в развитии, и по состоянию здоровья. Ввиду ограниченного круга общения со взрослыми создается не­умение такого общения.

    Выливается это в постоянные конфликты. Ребята не приемлют любые запреты и замечания.

    Уже в доме ребенка они недоверчивы, вялы, не привязываются к взрослым, замкнуты и печальны, не любознательны, плохо раз­вита речь, отсутствует всякая самостоятельность.

    Дошкольники из детских домов в 3-7 лет пассивны, особенно в играх, у них слабое внимание, обедненная речь, постоянно кон­фликтуют со сверстниками.

    Все внимание младших школьников сосредоточено на внутрен­ней жизни интерната, отношении с учителями. Они часто конф­ликтуют, агрессивны, обвиняют всех, кроме себя.

Для них трудно самостоятельно планировать и контролировать свои действия.

В интернатном учреждении ребенок постоянно общается с од­ной и той же группой сверстников, что создает приятельские, дружеские, близкие к родственным отношения. Это и хорошо, и в то же время не способствует развитию навыков общения с незна­комыми людьми. Они напряжены со взрослыми, демонстрируют потребительское отношение, требуют решения своих проблем. Это говорит о том, что их нормальные отношения с первыми взрос­лыми были нарушены.

Младшие школьники в интернате стремятся быть послушными, дисциплинированными, стараются угодить взрослым. Это вызва­но потребностью положительного отношения взрослого.

Подростки в интернате находятся последний год. Они заняты собой, но не подготовлены к самостоятельной жизни, не в состо­янии планировать свое будущее, живут одним днем. В работе с подростками следует стимулировать процесс самопознания, по­ощрять ведение личных дневников, обучать этому. Дневник спо­собствует самоанализу, самоутверждению, развитию внутреннего мира подростка. Следует обращать внимание на развитие автоном­ности представлений подростка о себе, независимости от сужде­ний и оценок окружающих. Отношение взрослых к подростку дол­жно быть уважительным.

Следует обратить внимание социального педагога на наследие П.П.Блонского, на его исследования особенностей развития лич­ности ребенка, причин отклонений в его поведении, отношения между детьми, мальчиками и девочками, трудными и благопо­лучными детьми, характеристики поведения ребенка в системе социальных отношений.

 

П.П.Блонский

 

    Родился в Киеве, с 1917 г. жил в Москве. Приват – доцент Московского университета, преподавал в московских гимназиях, исследовал про­блемы логики и философии, педагогики и обра­зования. Его статьи по дошкольному воспитанию и философии, истории педагогики и психологии отвечают на многие вопросы современного образования.

В начале 20-х гг. Блонский был одним из лидеров создания но­вой школы и педагогики, сотрудничая с Н.К.Крупской в Госу­дарственном ученом совете (ГУС), принимает участие в создании новых программ, новой системы образования.

Наследие П.П.Блонского - огромная тема. Следует только об­ратить внимание социального педагога на одну из особенностей формирования личности, с которой приходится сталкиваться, - детскую сексуальность. Половое воспитание советской педагоги­кой отлучалось.

Исследование Блонским детской среды, воспитания и детской сексуальности, которое вошло в его работу «Очерки детской сек­суальности»1, пригодится современному социальному педагогу.

П.П. Блонский

Очерки детской сексуальности

(в сокращении)

I. Основной тезис моего исследования: при нормальных условиях половое влечение пробуждается во время созревания. Под нормаль­ными условиями в данном случае мы понимаем такое положение, ког­да процесс созревания не нарушается преждевременно эротизирующими стимулами среды.

    Но именно такое нарушение происходит сплошь и рядом. При этом возможны два крайних в смысле сроков таких нарушения: очень ран­нее, еще в дошкольном возрасте, и сравнительно позднее, накануне полового созревания. В зависимости от этого (а также от характера эротизирующих стимулов) будет или примитивно-чувственное, почти животное проявление сексуальности, или ранняя тяга к любовному ро­мантизму.

    Преждевременно раннее пробуждение детской сексуальности пси­хологически очень вредно, пожалуй, даже гораздо вреднее, чем в фи­зиологическом отношении, причем вред тем больший, чем раньше это случается. Основной вред состоит в том, что задерживается дальней­шее психологическое сексуальное развитие и субъект на всю жизнь остается на стадии примитивного полового влечения, не достигая ста­дии любви, т.е. выходит в жизнь тем, что на языке современной мора­ли классифицируется словом «развратник»: в современных культур­ных отношениях он оказывается регрессивным типом, асоциальным типом, и нет поэтому ничего удивительного в том общественном фак­те, что неслучайная преступность обычно сопровождается развратом, как нет ничего удивительного и в том, что к разврату тяготеют вырож­дающиеся, упадочные общественные группы и классы. Социальная деградация влечет за собой и сексуально-психологическую деграда­цию и разврат.

    Вред преждевременного, раннего пробуждения детской сексуаль­ности еще и тот, что субъект входит в половую жизнь взрослого с разного рода сексуально-психологическими инфантилизмами, которые портят жизнь и его сексуальных партнеров, в частности его супруга, в результате чего портится семейная жизнь со всеми вытекающими от­сюда последствиями: он не способен к любви, он совокуплению пред­почитает различные виды онанизма, проделывает над своими партне­рами и сам требует от них то, что в обычной половой жизни взрослых людей считается извращениями, и т.д.

    Но вред не только в этом: помимо сексуально-психологических ин-фантилизмов такой субъект может войти в половозрелую жизнь с ря­дом сексуально-психологических уродств. Так, например, у него может оказаться ряд фобий и антипатий по отношению к нормальным поло­вым актам. С другой стороны, у него могут сохраниться остатки невер­ных, нелепых детских сексологических теорий, которые, влияя на его поведение, могут со своей стороны изуродовать его половозрелую жизнь и жизнь его партнера, в частности сексуальную жизнь. Наконец, он рис­кует оказаться половым психопатом.

    И даже в самом легком случае он имеет шансы войти в жизнь неус­тойчивым полигамистом, то и дело совершающим любовные измены, или человеком с испорченным любовным вкусом, то не находящим в жизни никого подходящего для себя, то, наоборот, поражающего всех знакомых своим экстравагантным влюблением и всеми плачевными последствиями такого влюбления.

II. Таким образом, в сексуальном воспитании основной вопрос - вопрос среды: в развращенной среде, ясно, развращается и ребенок; в среде, плохо скрывающей от ребенка свою сексуальную жизнь, ребе­нок то и дело подвергается действию сильно эротизирующих стиму­лов.

Отсюда вытекает требование к взрослым быть осторожными в сво­ем сексуальном поведении при ребенке, даже маленьком. В моем ма­териале каждый шестой испытуемый получал свое первое эротическое впечатление от родителей, являясь свидетелем их coitus`a или гигие­нических процедур, открыто совершаемых матерью над своими поло­выми органами. Жилищный вопрос, конечно, играет свою роль в этом.

Но даже в любых жилищных условиях ребенку вредит широко рас­пространенное среди взрослых убеждение: «Он еще маленький и ни­чего не понимает, при нем можно». Если маленький ребенок, действи­тельно, еще не понимает, то все же он видит, запоминает и сексуально возбуждается.

Второе требование, которое необходимо предъявить воспитателям ребенка, - это требование лучшего надзора за ним, вернее, за теми, кто общается с ним. Безнадзорность в половом воспитании вредит не меньше, а то, пожалуй, и больше, чем где бы то ни было.

...В дошкольном возрасте дети подвергаются сексуальной агрессии обыкновенно со стороны детей, притом несколько более старших. Эти дети обыкновенно другого пола. Сексуальную агрессию они произво­дят, как правило, сознательно, представляя себе запретность этих дей­ствий. Вот почему часто они стремятся уйти с данным ребенком куда-нибудь подальше от взрослых.

...В надзоре особенно нуждаются такие случаи, когда к данному маленькому ребенку усиленно стремится старший другого пола, в осо­бенности когда они уединяются вдвоем или в небольшой компании (например, два старших мальчика с одной маленькой девочкой). Пре­доставлять детей самим себе без надзора в такой компании, если они заметно стремятся уединиться в какой-нибудь закоулок, кусты, сарай и т.п., было бы неосторожно.

...В этом возрасте ребенок очень редко подвергается преднамерен­ной сексуальной агрессии со стороны взрослых. В моем материале это были только девочки. В судебных процессах подобного рода довольно часто фигурирует отец-алкоголик.

Несравненно чаще ребенок эротизируется взрослыми бессознатель­но. Выше уже говорилось о таких случаях (явной) неосторожности взрос­лых в этом отношении. Но нередко эта неосторожность проявляется в менее явной форме. Два вида такой неосторожности встречаются чаще других.

На мальчиков, даже в этом возрасте, может действовать эротизиру-юще зрительное впечатление. Судя по моим материалам, таким эроти-зирующим впечатлением чаще всего является вид голой (например, девочки-подростка). По указаниям некоторых моих испытуемых, броса­ющиеся в глаза ребенку внешние, очень заметные особенности ее те­лосложения привлекают внимание ребенка и сильно запечатлеваются в его памяти, действуя, притом долгое время, в качестве эротизиру-ющего стимула.

    Я считаю большой неосторожностью, когда даже 4-6-летний маль­чик купается вместе со взрослыми или полувзрослыми женщинами.

    ...Хотя в известной мне педагогической литературе я не встречал соответствующих указаний, но так как в анамнезе опрошенных мужчин фигурировала нередко нога как эротизирующий стимул, то эти дан­ные убеждают в необходимости соблюдать осторожность и в этом от­ношении. Анамнез вскрыл, что соответствующие онанистические пред­ставления имеют отчасти мазохистский характер. На этом основании мне кажется неосторожным такое обращение с ребенком, когда он (мальчик) получает возможность тереться о ногу, испытывать давле­ние ноги, надевать ботинки, туфли, калоши и т.п. на ноги женщин. Я не сомневаюсь, что многие найдут это излишней предосторожностью. Я рекомендовал бы им до того, как высказать такое мнение, проверить данные моего опроса, по которому 90 % опрошенных мужчин указыва­ли на женскую ногу как на эротизирующий стимул, причем все они на­чало такого своего отношения к ней относили к детскому возрасту.

    ...В заключение надо напомнить, что в этом возрасте половое вле­чение, если оно пробуждено, может быть направлено и на ближайших родственников. Вопреки фрейдистам в моем материале никогда не фигурировали родители. Даже в том случае, если ребенок именно от них получал сильный эротизирующий стимул, он впоследствии отно­сил его к другим людям.

    Но зато между братьями и сестрами сексуальные отношения иног­да могут возникать. Правда, это далеко не частый случай. В собранных мною анамнезах заметно играла роль общая постель...

    III. Но если уже ребенок подвергся сексуальной агрессии или полу­чил эротизирующие впечатления, пробудившие в нем половое влече­ние?

    ...Легче всего, если имел место случайный эпизод, не повлекший за собой пробуждения детской сексуальности... Такие эпизоды обыкно­венно забываются детьми. Поэтому было бы неосторожностью какими-либо резкими мерами запечатлевать этот эпизод в памяти ребенка. Но за ребенком следует проследить, в самом ли деле эпизод не отразился на возбуждении в нем сексуальных желаний (например, онанизм или сексуальные проявления по отношению к другим детям).

    В тех случаях, когда имело место неоднократное действие эротизирующего стимула на ребенка или хотя однократное, но сильное, воп­рос решается гораздо труднее.

...Как все на свете, так и эмоциональные переживания подлежат забыванию. Но чувство - очень сильный мнемонический фактор. Од­нако в этом отношении между чувствами есть большая разница: прият­ные чувства склонны забываться, вопреки утверждениям Фрейда, в го­раздо большей степени, чем неприятные. Таким образом, сексуальное впечатление, вызвавшее сильное неприятное чувство (страх, боль, от­вращение и т.п.), склонно сохраниться очень долгое время, то ли в виде более или менее полного воспоминания, то ли в виде только чув­ства, которое держится в памяти гораздо дольше представления.

В свете этих положений становится понятным следующий факт: ре­бенок пережил очень неприятное сексуальное впечатление (например, испуг при виде coitus`a или при сексуальной агрессии), и неприятное чувство по отношению к различным сексуальным ситуациям сохраня­ется у него и в половом возрасте, благодаря чему уродуется его (и не только его) половая жизнь.

...Ребенок получил отрицательное в сексуальном отношении впе­чатление, и притом такой силы, что это вредно отзывается на нем.

...Мне известен случай, как мальчик, испуганный сценой coitus`a ро­дителей, стал заикаться. Мы имеем, стало быть, невропатию, возник­шую на почве испуга (а не сексуальной). Значит, здесь стоит вопрос о лечении подобной невропатии: сексолог уступает здесь место психо­патологу. Как лечить невропатию, возникшую вследствие испуга,- это проблема не сексологии.

Но вред может сказаться и в будущем - в половой жизни взрослого.

Конечно, время работает в пользу забывания, и потому у взрослого мы имеем ослабленное, расплывчатое, менее дифференцированное неприятное чувство (там, где оно сохраняется), а часто оно даже вовсе забывается. Осознание взрослым (а не ребенком) причины такого чув­ства нередко ведет к ликвидации его. Значит, по отношению к ребенку мы (делаем) ставку на забывание.

Значит, по отношению к взрослому ставится ставка на осознание и на эмоционально иную ситуацию.

    В жизни маленького ребенка, конечно, чаще всего имеет место про­тивоположный случай: полученное сексуальное впечатление оставля­ет приятный след, и ребенок стремится к новым сексуальным впечат­лениям. И здесь наша первая ставка на забывание, тем более что приятные впечатления забываются быстрее. Этот процесс пойдет быс­трее, если ребенок будет по возможности изъят из той обстановки, в которой он получил эти впечатления, что делать тем необходимее, что именно в этой обстановке он рискует снова встретиться со своими со­блазнителями.

    Если не было длительного развращения ребенка, то обычно указан­ных мер достаточно. Но понятно, чем больше упражнялся ребенок в приятных сексуальных занятиях, тем меньше он будет склонен оста­вить их. В данном случае мы имеем отсутствие мало-мальски удовлет­ворительного надзора со стороны воспитателей, так как за маленьким ребенком не так уж трудно уследить.

Я не пишу о борьбе с онанизмом, так как не исследовал этого. Могу только предположить, что если верно, что в самом раннем возрасте онанизм с психологической точки зрения очень элементарен, так ска­зать, элементарно-физиологичен, то вопрос сводится, главным обра­зом, вероятно, к общеизвестным гигиеническим мероприятиям. А если в дальнейшем он содержит в себе ряд психологически более сложных переживаний и стимулируется скорее центрально, чем перефирически, то здесь вопрос в том, чтоб ребенок не имел тех сексуальных об­разов и сцен, которые стимулируют к онанизму.

Столь же малословен я буду и по вопросу о половом просвещении в дошкольном возрасте. Я не вижу в этом надобности, так как, основыва­ясь на собранном мною материале, утверждаю, вопреки фрейдистам, что не дошкольный, а ранний школьный возраст - возраст расцвета сексуального любопытства и сексуальных теорий. Притом дошкольни­ки легко удовлетворяются даже элементарным ответом.

    Нигде так не проявляется незнание своеобразия этого возраста, как в тех разъяснениях, которые рекомендуются для дачи дошкольнику по вопросу о рождении. Начать с того, что этот вопрос у дошкольника, скорее, локальный вопрос: «Откуда я взялся?», и взрослые в своих «естественнонаучных» разъяснениях не понимают сплошь и рядом та­кого характера детского вопроса (вряд ли нужно доказывать, что это не сексуальный вопрос у ребенка). Вторая ошибка взрослых: непонима­ние, что ребенок не может представить своего несуществования и спра­шивает он не о начале своего существования, а, скорее, о своем при­ходе в данную семью. Наконец, упускают из виду, что не только в этом возрасте, но и для маленьких школьников чрезвычайно трудно понима­ние процесса роста, связанного с морфологическими изменениями.

    В результате получается, что ребенок спрашивает не о том, на что ему отвечают, причем отвечают так, что у ребенка появляется ряд но­вых непониманий. В моем материале детский вопрос о рождении («от­куда?») никогда не фигурировал как сексуальный, но «разъяснение», притом не только товарищей и нянь, но и родителей, возбуждало у него уже несомненно сексуальные вопросы.

IV. Если по отношению к дошкольному возрасту основное - над­зор и меры предосторожности, то для школьного возраста это явно недостаточно: как уследить за школьником, круг общения которого широк и который значительную часть времени находится не на глазах воспитателя? Однако это не значит, что надо совершенно отказаться от надзора.

    Не надо забывать, что в этом возрасте ребенок, особенно малень­кий, становится объектом сексуальной агрессии.

    Дружба мальчика-подростка со взрослой женщиной, их уединение, хождение мальчиков в гости к взрослой женщине и их рассказы о том, что они там «возились», боролись с ней, она щекотала их и т.п., - все это не в порядке вещей и настолько незаурядное явление, что оно тре­бует внимания и бдительности.

    Идеи свободного воспитания, к сожалению, проникли и в сексуаль­ную педагогику. Совместное воспитание, которое само по себе сильно оздоровляет отношения между полами, иногда выглядело как отсут­ствие воспитания: помнили слово «совместное», но забывали слово «воспитание». Иногда педагоги проявляли терпимость к слишком сво­бодным манерам в обращении мальчиков и девочек, считая свою пе­дагогическую бездеятельность доказательностью своего «незагрязнен­ного воображения» ...Школьник должен воспитываться не в стиле свободных манер с «девчонками» и «парнями», а в стиле культурно-вежливого обращения, которое является внешним проявлением чув­ства уважения к людям другого пола.

    ...Насколько уважение является могущественным тормозом, может проиллюстрировать следующий факт. Несколько мужчин, признавав­шихся мне в том, что в школьном возрасте они занимались онанизмом, я попросил назвать те персонажи, которые фигурировали в их онанис-тических представлениях: это были женщины, к которым они относи­лись с неуважением или нейтрально; некоторые говорили, что иногда является соблазн представить и уважаемую женщину, но уважение удер­живало. Еще характерней был рассказ одного из них, что, когда уважа­емая и любимая им девушка оскорбила его своим «ветреным» поведе­нием с другими, он как бы в наказание перенес ее в свои онанистические представления.

    Но среди онанистических представлений в этом возрасте, судя по моему материалу, гораздо большую роль (по крайней мере, у мальчи­ков), чем живые персонажи, играют картины...

    Половое просвещение не всегда правильно понимается. Нередко ему ставят чисто информационные задачи, тогда как оно, конечно, дол­жно быть подчинено педагогическим задачам: оно должно не просто информировать, но именно воспитывать. Но даже так понимаемое по­ловое воспитание нередко ограничивается чисто гигиеническим содер­жанием, адресуясь лишь к чувству осторожности воспитанника. Конеч­но, это важная часть полового просвещения, но только часть. Огромная часть моих испытуемых сообщали мне, какой протест вызывался у них, когда им преподносили только физиологическую (можно было бы ска­зать: зоологическую) сторону половой жизни. Но человеческая поло­вая жизнь имеет богатое содержание. Соответственно этому половое просвещение должно быть в самую первую очередь общественно-мо­ральным просвещением. В круг его вопросов не могут не входить воп­росы общественного отношения к другому полу - отношения уваже­ния и товарищества. Не может оно миновать и вопросов любви. По почти единодушному заявлению моих испытуемых, установки к любви вырабатывались у них преимущественно на основе романов.

Отсюда необходимость организации соответствующего чтения под­ростков.

 

Защита детей

 

    В «Положении детей в СССР. 1990 г.» (М., 1991. - С. 12) дет­ство определяется как «период, в течение которого взрослое по­коление активно воздействует на младшее, формируя его способности, навыки и умения».

    В английской «Энциклопедии социальной рабо­ты» (М., 1993. - С. 175) характеризует детство как период отсут­ствия взрослой ответственности, узаконенной зависимости от за­боты и экономической поддержки общества.

    Это особенный период жизни человека, когда определяются основные особенности его характера, зависящие от окружающей среды, отношения к нему родных, общества, государства.

    В интересах детства в 1989 г. была принята Конвенция ООН «О правах ребенка» по которой:

- государственные, административные, судебные и специаль­ные органы обеспечивают защиту интересов ребенка;

- обеспечивается равенство детей независимо от происхожде­ния, расы, национальности, рода деятельности, убеждений ро­дителей;

- уважение к национальным ценностям, понимание и терпи­мость в отношении других культур и народов;

- гарантируется правовая защита детей от любого насилия, от отсутствия заботы, от оскорблений, эксплуатации, включая сек­суальные злоупотребления родных и опекунов;

- обеспечиваются общественные права на образование, меди­цинское обслуживание, на труд, профессиональную подготовку, на отдых, развитие способностей, особенно физических и умственных;

- гарантируются личные права ребенка: защита от посяга­тельств, от вмешательства в его личную жизнь, выражение взгля­дов, уважение его достоинства, тайна переписки, на свободу веры, получение информации, на уровень жизни.

В России тяготы перестройки ударили и по семье и по детям1:

- сократилась рождаемость;

- увеличилось число неполных семей;

- появилось социальное сиротство, 90% детей в домах ребенка и детдомах имеют родных родителей;

- выросла детская смертность, дошкольная заболеваемость, 40% выпускников школы не могут работать по выбранной про­фессии, в 3 раза после 1991 г. выросла детская инвалидность;

- не хватает продуктов детского питания, товаров детского ассортимента;

- война выбросила на улицы детей-беженцев;

- на 50% увеличилась детская преступность и преступления девушек;

- 60% детей живут в семьях с низким прожиточным уровнем.

Бездомные дети и подростки - результат кризиса семьи, не­внимания к детям, большинство из них больны, имеют низкое образование.

    Существует физическое, моральное и психическое насилие ребенка в семье, когда ребенку не уделяется внимание, его ущем­ляют в питании и одежде, на него кричат и насмехаются. Дети нуждаются в помощи семейного специалиста2.

Государственная политика в последние годы проявилась:

- в выплате ежемесячных пособий на детей;

- в создании новых учреждений защиты семьи и детей;

- в обеспечении государственных гарантий в области образо­вания.

В течение 1994-1995 гг. правительством разрабатывался и при­нимался целый ряд документов, направленных на улучшение положения семьи и детей3.

Одним из таких документов является «Национальный план дей­ствий в интересах детей Российской Федерации до 2000 г.», одоб­ренный правительством 1 июня 1995 г.

Этот документ направлен на координацию усилий государствен­ных структур, работодателей и неправительственных организаций в работе по улучшению положения детей.

Что же реально является в этом документе проявлением забо­ты о детях. Цитирую государственный доклад.

«Развивается нормативно-правовая база обеспечения прав и интересов детей, расширяется сфера деятельности структур, за­нимающихся проблемами семьи и детей, разработка и внедрение целевых программ защиты детей, осуществляется межведомствен­ная координация решения проблем детей».


Сложившийся опыт защиты детей

 

    Сегодня    мы     уже       можем    говорить     о      сложившемся  опыте защиты детей, опыте положительном, который создается в условиях кризиса в стране. Сегодня во многих регио­нах созданы структуры, управления, отделы, которые занимают­ся защитой семьи и детства.

В России 400 неправительственных организаций, которые занимаются проблемами детства. Эти организации оказывают ма­териальную, юридическую, идеологическую помощь семье и де­тям, больницам и санаториям для детей-инвалидов, помогают детям, бежавшим от войны.

В клубы объединяются родители детей-инвалидов, детям-ин­валидам помогают Российское общество Красного Креста, Рос­сийский Детский фонд, Фонд «Культура и будущее России», Фонд милосердия и здоровья, Фонд охраны матери и ребенка, Фонд помощи детям военнослужащих, Ассоциация планирования се­мьи, Благотворительный фонд «Нет алкоголизму» и др.

    Создаются неправительственные организации, которые вклю­чают детей в общественную жизнь, организуют их в свободное время. Осуществляют это Союз пионеров, Федерация детских орга­низаций (международный статус), Федерация детских организа­ций «Юная Россия».

    Сейчас в Москве насчитывается 20 тыс. скаутов, создано 360 клубов скаутов, при правительстве Москвы - Скаутский совет.

Президентская программа «Дети России» выполняет несколь­ко программ. Так, по этой программе создано около 200 приютов для временного пребывания безнадзорных детей, центры для не­совершеннолетних матерей, 100 территориальных центров помо­щи семье и детям, 8 центров временного пребывания детей, ос­тавшихся без родителей. Разрабатывались новые условия устройства детей-сирот в детские дома и школы-интернаты. Из федерального бюджета на эту программу было выделено 443 млрд руб.

    В организации защиты детства в масштабе России большую работу проводит Российский Детский фонд. Фонд был создан в 1987 г. и целый ряд мероприятий Детского фонда сыграли важную роль в судьбе многих детей.

    Одно из направлений его работы в защите детей-сирот - это создание семейных детских домов. Подсчитано, что воспитание детей в семейных детских домах выгоднее. Главное, это дает воз­можность индивидуального воспитания, внимание к каждому ре­бенку, предоставляется возможность по-настоящему решать судьбу детей-сирот. Отпадают огромные расходы на содержание зданий, отопление, электричество, газ, зарплату сторожам, нянечкам, директору, бухгалтерам.

В 1992 г. в России было 347 семейных детских домов. Программа детского фонда «Теплый дом» включала передачу детским домам и сиротским школам-интернатам денег. Были открыты внебюд­жетные благотворительные счета, поступления улучшили мате­риальную базу этих детских учреждений. Детским домам и шко­лам-интернатам было передано около полутора тысяч автомоби­лей1.

В пяти бывших дачах ЦК КПСС в Подмосковье созданны реабилитационные центры, где лечатся дети с сахарным диабе­том, дети Чернобыля. В центре «Дар жизни» восстанавливаются дети после операций на сердце2.

По проекту «Слепые дети» специалисты осмотрели и лечили слепых и слабовидящих детей в 75 специальных интернатах России. Помощь получили 13 тыс. детей.

 

Семейный детский дом

 

    Опыт детских домов по 100-150 детей и школ-интернатов по 350 детей показал, что их выпускники не подготовлены к жизни, плохо ориенти­руются в простейших бытовых проблемах. Воспи­тателю на группе 25 человек трудно дойти до каждого ребенка, его интересов, задатков и способностей. В лучшем случае он знает детей, организовывает жизнь коллектива группы, но заниматься с каждым ребенком в отдельности не может. Такие учебно-воспи­тательные учреждения не справляются со своей основной зада­чей.

Решить эту проблему пытаются возникающие семейные детские дома, где несколько лет, до совершеннолетия, ребенок находит приют. Чаще это форма защиты ребенка от родителей, лишенных родительских прав.

Приемные родители подписывают договор-контракт, где ого­вариваются условия оплаты труда, права и обязанности, продол­жительность пребывания ребенка в этой семье. Работа приемных родителей включается в трудовой стаж. Поддерживаются связи с биологическими родителями, чтобы после реабилитации вернуть ребенка в родную семью. Биологи­ческие родители предупреждаются, что после их излечения (от наркомании, алкоголизма и трудоустройства) ребенка вернут в семью.

Эти дети чаще страдают от недоедания, насилия, отсутствия ухода, болезней и т.д. Ребят физически закаливают и укрепляют, им оказывается медицинская и психологическая помощь. С ними занимаются.

При изучении ребенка приемные родители обращаются к со­циальному педагогу, с ним посещают старую семью. Социальный педагог помогает семье войти в контакт с другим подобными се­мьями.

В таких домах создаются условия, приближенные к нормаль­ной семейной жизни, здесь воспитываются дети от 3 до 18 лет. Выпускники пользуются всеми льготами воспитанников детских домов.

Существует несколько видов таких семейных домов. Так, в се­мейных городках в 10-12 домах живут в каждом доме по одной-две семьи. Приемные дети живут вместе с детьми воспитателей одной семьей. В городке находятся администрация, спортивные площадки, медпункт с врачом и медсестрой, центр, где прово­дятся культурные мероприятия, школа и детский сад.

    Семейный детский дом в городе создается в блоке жилой пост­ройки. На воспитание принимается не менее 6 детей. Направление детей в такие детские дома осуществляют органы народного обра­зования на основании решения местной администрации. Семьи финансируются, им выделяются различные пособия.

    В последние годы произошли изменения в комплектовании детских домов. Разрешается оформление в один детский дом детей разного возраста, чтобы не разлучать братьев и сестер по разным детским домам. Разрешается создавать разновозрастные группы с числом детей не более 8 человек, в одновозрастной группе - 5-10 человек.

В современных условиях выполнить это трудно, хотя опыт уже есть. Это «Детская деревня 805» в Томилино Московской области.

    Детская деревня в Томилино живет уже второй год. Посещаю­щие деревню отмечают, что дети здоровые и веселые, живут в прекрасных условиях, хотя поступали с хроническими заболева­ниями, нарушенной психикой, задержкой умственного развития, избитые, запуганные. Воспитатели - «мамы» приводят ребят в нормальное, состояние, они выполняют все, что делает в боль­шой семье мать: стряпают, убирают, стирают, лечат, распекают и мирят, делают подарки и устраивают праздники. «Мамы» в То­милино имеют высшее образование и с душой принимают боль­шую семью.

В деревне 56 ребят, 11 домов - 11 семей, по 8 ребят в каждой семье. Один взрослый на 3-4-х ребят. По статистике число устро­енных в такие семьи современных беспризорных это «капля в море», но по содержанию - большое перспективное дело.

Землю для деревни выделил безвозмездно Комитет образова­ния Москвы, деньги на строительство поступили от благотвори­тельных организаций, от частных лиц России и зарубежья, от известного политика ФРГ Габриеллы Биттендорф.

Подобная деревня после войны была создана в Австрии Гмай-нером. Это уже история.

Следует рассмотреть такую форму помощи детям, как созда­ние временных приютов. Первый современный социальный приют был открыт в Санкт-Петербурге. Это «Дом милосердия». Главным принципом в воспитательной работе педагогов этого приюта яв­ляется привлечение детей к труду.

Учитывая, что поступающие дети не приучены трудиться, вос­питание трудом не самый легкий путь, избранный педагогиче­ским коллективом.

Приют - это не убежище от невзгод, здесь приучают ребенка к труду. Ребят постепенно приучают к самообслуживанию, при­вивают ответственность за проделанную работу, оплату за произ­водительный труд, интерес к творчеству, чтобы воспитанник не считал выполняемую работу бесполезной. Время в приюте огра­ничено. Здесь перед социальным педагогом стоит задача: вовлечь в труд, приобщить к учебе .и погасить конфликт с семьей.

В Санкт-Петербургском приюте «Дом Астрид» практикуется создание домашних групп. Повторяется опыт воспитательных до­мов дореволюционной России, когда детей-сирот определяли в попечительские семьи. В приюте существует положение о домаш­ней группе. В городской газете «Смена» в рубрике «Возьми меня к себе» даются объявления о таких детях с фотографией. Взявшие ребенка зачисляются в штат приюта ('/5 ставки за одного ребен­ка) плюс плата за одежду и питание. Дети уходят в семьи с огром­ным желанием, не прерывают связи с приютом, бывают на праз­дниках. Подростки в приюте вместе со взрослыми ремонтируют квартиры, подбирают обои, мастерят абажуры, шьют занавески. Все виды обслуживания в столовой, в прачечной, уборку двора, мытье лестниц, ремонтные работы оцениваются в баллах и фик­сируются в «Трудовой книжке» в форме заработка. Заработанные деньги воспитанника хранятся в банке.

В Санкт-Петербурге действует приют ночлежного типа «Синяя ворона», в котором 30 ребят находят ночлег, питание, заботу. Они могут находиться в приюте временно.

В христианский девичий пансион «Энфимия» с приютом «Ма­ленькая мама» приходят несовершеннолетние мамы. В приюте 5 мам, для них созданы пошивочные мастерская, художественная студии, медицинские курсы, курсы домоводства и парикмахерного дела. Для мам оборудованы отдельные комнаты, а также иг­ровые комнаты для малышей

В Москве создано несколько приютов, несколько реабилита­ционных центров, фондов, ассоциаций, задача которых - соци­альная реабилитация детей и подростков. Открыты различные кон­сультационные центры, а также приюты для подростков, которым нужна защита и помощь на непродолжительное время.

В Петрозаводске приют создан на одной территории с прием­ником-распределителем. В приемнике дети могут находиться до 15 суток, в приюте организована забота об их здоровье, предостав­ляется кров, питание, отдых. Воспитанники имеют право свобод­ного прихода и выхода из приюта, получают консультации, им выделяют денежное пособие на билеты для проезда домой.

Кривцова Л.И.

Детский приют «Гнездышко»

(в сокращении)

В ноябре 1995г. при Комитете социальной помощи г. Клина был открыт детский приют «Гнездышко». Была поставлена цель - спасе­ние беспризорных детей, предоставление им убежища, оказание меди­цинской и психологической помощи, обучение посильному ремеслу и решение их социальных проблем.

 

Закрыть