Зарубежная литература древних эпох, средневековья и Возрождения в кратком изложении

АНТИЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА. Греция

Гелиодор (Heliodorus) III в. до н. э.

Эфиопика (Aethiopica) — Роман

Уроженец Финикии из города Эмесса (эллинизированного и преимущественно с греческим населением), Гелиодор имел духовный сан. Известно: местный синод, полагая, что «Эфиопика» развращает молодежь, потребовал от Гелиодора сжечь свою книгу публично или отказаться от священнослужения. И Гелиодор предпочел второе.

Предположительно события романа относятся к V или IV в. до н. э. Место первоначального действия — Северная Африка (Египетское побережье).

Прекрасная Хариклея и могучий красавец Теаген полюбили друг друга и тайно обручились. Но судьба приготовила им немало тяжких испытаний. Молодым эллинам приходится бежать из Дельф, где они встретились и познакомились на Пифийских играх (священные торжества, посвященные Аполлону).

В начале романа они попадают в плен к египетским разбойникам из воинственного племени буколов (волопасов) и знакомятся со своим соотечественником — афинянином Кнемоном. Тоже пленник, он становится не только переводчиком, но и верным спутником Теагена и Хариклеи.

Кнемон тоже вынужден был покинуть родину, боясь мести безответно влюбленной в него мачехи.

Благородная красота Теагена и Хариклеи столь возвышенна, что волопасы сперва принимают их за небожителей. Предводитель разбойников Тиамид влюбляется в эллинку и, традиционно считая ее своей добычей, собирается жениться на Хариклее.

Сын мемфисского пророка Тиамид стал предводителем разбойников лишь из-за козней младшего брата, отобравшего у него право на потомственное священнослужительство.

А во время описываемых событий, как человек благородный, он сзывает народ на собрание и обращается к соратникам по разбою с просьбой отдать ему прекрасную эллинку взамен положенной части захваченных богатств: «...не из потребности в наслаждениях, а ради потомства будет у меня эта пленница — так я решил <...> Прежде всего она благородного происхождения, думается мне. Сужу об этом по найденным у нее драгоценностям и по тому, как она не поддалась постигшим ее бедам, но сохраняет то же духовное благородство, что и в прежней своей доле. Затем, я чувствую в ней душу добрую и целомудренную. Если благообразием она побеждает всех женщин, если стыдливостью взора вызывает уважение у всех, кто ее видит, разве не естественно, что она заставляет всех хорошо думать о себе? Но вот что важнее всего сказанного: она мне кажется жрицей какого-то бога, так как сбросить священные одеяния и венец она даже в несчастье считает чем-то ужасным и недозволенным. Призываю всех присутствующих судить, может ли быть чета более подходящая, чем муж из рода пророков и девушка, посвященная божеству?»

Народ одобряет его решение. А умная и дальновидная Хариклея тоже не перечит. Ведь она действительно жрица Артемиды, избранная по жребию на год. А Теаген (его она из соображений безопасности выдает за своего брата) служит Аполлону.

Хариклея лишь просит подождать со свадьбой, пока они прибудут в город, где есть алтарь или храм Аполлона или Артемиды, чтобы там сложить с себя жречество. Тиамид и народ соглашаются с ней. Тем более что они готовятся штурмовать Мемфис, где сыграть свадьбу будет приличней и достойней, чем тут, в логове разбойников. Но внезапно на них нападает другой, более многочисленный отряд, прельщенный не только богатой наживой: оставшийся в Мемфисе Петосирид, младший брат Тиомида, жаждет обезвредить претендента на жреческий пост, пообещав за его поимку большую награду. В неравном бою Тиамид захвачен в плен. А все, что есть на острове разбойников, предано огню.

Чудом уцелевшим Теагену и Хариклее вместе с Кнемоном удается бежать (из пещеры, где они скрывались) с болотистого острова волопасов. После очередных приключений эллины встречают благородного старца — египтянина Каласирида из Мемфиса.

В свое время, дабы не поддаться искушению (внезапно вспыхнувшая страсть к прекрасной фракиянке), Каласирид, главный пророк храма Исиды в Мемфисе, отправляется в добровольное изгнание и попадает в Элладу, в священный город Дельфы. Там он, принятый ласково и благосклонно, знакомится с эллинскими мудрецами, которые видят в нем собрата по духу и знаниям.

Один из дельфийских мудрецов Харикл поведал Каласириду, как в трудные годы он тоже скитался по разным городам и странам. Побывал и в Египте. Там, у нильских порогов, в городе Катадупы он при таинственно-романтических обстоятельствах становится приемным отцом божественно прекрасной девочки: ее доверил ему эфиопский посол, прибывший в город для переговоров с персидским сатрапом о правах на владение смарагдовыми копями: из-за них у персов с эфиопами шел давний спор...

Получил Харикл и несколько драгоценных предметов, бывших при девочке. На шелковой ленте были искусно вытканы эфиопские письмена, из коих явствовало: Хариклея — дочь эфиопского царя Гидаспа и царицы Персинны. Долго не было у них детей. Наконец Персинна забеременела и родила... белокожую девочку. А случилось так потому, что она перед родами постоянно любовалась изображением Андромеды — мифической царевны, спасенной Персеем от морского чудовища. А именно Персея с Андромедой, наряду с другими богами и героями, эфиопы считали своими родоначальниками...

Небезосновательно опасаясь, что, увидя белое дитя, Гидасп заподозрит ее в измене, Персинна передала дочь надежному человеку, снабдив предусмотрительно вещами, по которым ребенка можно было бы опознать. Итак, выросшая и расцветшая в Дельфах Хариклея посвящает себя Артемиде. И лишь вспыхнувшая любовь к Теагену помогает прекрасной жрице отказаться от вечного девства. Она соглашается стать невестой. Да, пока лишь невестой, но не женой. Именно такая целомудренная любовь на уровне объятий и поцелуев — духовный стержень всего романа.

Каласириду в вещем сне Аполлон и Артемида поручают принять на себя опеку над прекрасной четой и возвратиться вместе с ними на родину: «...будь им спутником, считай их наравне со своими детьми и изведи их от египтян туда и так, как это угодно богам».

Есть и еще одна движущая пружина сюжета: Каласирид, оказывается, отец благородного жреца-разбойника Тиамида и коварного Петосирида.

Меж тем Харикл в Дельфах мечтает выдать Хариклею за своего племянника Алкамена. Но девушке противен даже вид его. Она любит лишь Теагена.

Повинуясь повелениям богов и собственному желанию, Каласирид (между прочим, именно он помог Теагену и Хариклее открыться друг другу) вместе с прекрасными обрученными бежит на корабле из Эллады в Египет...

Тиамид после жестоких испытаний и боев возвращается наконец в Мемфис, а Каласирид обнимает невольно примирившихся сыновей, старший из которых заслуженно занимает место пророка в храме Исиды...

Тем временем, победив войско персидского сатрапа Ороондата, возглавляемые Гидаспом эфиопы даруют милостивый мир побежденным, захватив несметные сокровища. А самым главным их трофеем явилась богоподобная чета: уже в который раз Теаген и Хариклея становятся пленниками. Но эфиопы смотрят на них с обожанием: красота покоряет всех независимо от образа жизни и цвета кожи. Однако рядом с прекрасным соседствует ужасное: Теаген и Хариклея должны быть принесены в жертву богам победителей.

Но девушка свято верит, что, когда состоится долгожданная встреча, родители не отрекутся от дочери даже ради священных обычаев своего народа.

...Победители и пленники — уже в эфиопской столице Мерое. Еще ничего не знающая Персинна поражена видом прекрасной эллинки: «Если бы дано было уцелеть единственный раз зачатой мною и горестно погибшей дочери, ей было бы, пожалуй, столько же лет, как и этой».

Смело восходит Хариклея на пылающий жертвенник. И огонь отступает, свидетельствуя о ее непорочности. Так же доказал свою чистоту и Теаген. И тогда против этого прекрасного и одновременно ужасного жертвоприношения восстают сначала мудрецы-гимнософисты, а затем и весь народ.

Хариклея неожиданно для всех требует суда: дозволено приносить в жертву чужестранок, но не местных уроженок! И тут же предъявляет драгоценную повязку с историей своего рождения и перстень самого Гидаспа.

Присутствующий тут же мудрец Сисимитр признается, что это он, будучи эфиопским послом в Египте, передал маленькую Хариклею эллину Хариклу. Тут слуги приносят картину, изображающую Андромеду и Персея, и все потрясены сходством реальной и мифической царевен.

Но еще не решена судьба Теагена. Он блистательно выдерживает два нежданных испытания: укрощает взбесившегося жертвенного быка и побеждает в поединке огромного и хвастливого эфиопского борца. Хариклея открывает наконец матери, что Теаген — ее муж. А Сисимитр напоминает, что и боги выражают свою волю вполне определенно: они вселили страх и смятение в стоявших перед алтарями коней и быков и тем дали понять, что всецело отвергнуты жертвы, считавшиеся совершенными. И восклицает: «Так приступим же к жертвам более чистым, отменив человеческие жертвоприношения на вечные времена!» И заключает: «А эту чету связываю законами брачными и дозволяю им соединиться узами для деторождения!»

Затем, уже полностью прозревший и смягчившийся, Гидасп возлагает на головы молодых и священные венцы — знаки жречества (раньше их носили он и Персинна). И вот заключительные слова романа: «Такое завершение получила эфиопская повесть о Теагене и Хариклее. Ее сочинил муж финикиянин из Эмесы, из рода Гелиоса, сын Теодосия Гелиодор».

Ю. В. Шанин