Енисейская губерния относилась к наиболее отдаленным окраинам Российской империи, куда царское правительство высылало своих политических противников. В 1860 г. в Красноярск был выслан видный общественный деятель 40-х гг. XIX в. М. В. Буташевич-Петрашевский. Находясь в ссылке, он поддерживал связь с А. И. Герценом, посылая в «Колокол» корреспонденции, обличавшие произвол сибирских властей. В Красноярске у Петрашевского были достаточно широкие связи с членами городской думы, к его мнению прислушивались горожане. Это вызывало беспокойство губернских властей, и 23 марта 1864 г. последовал указ о его высылке в с. Шушенское.
Высылка Петрашевского вызвала в красноярском обществе определенный резонанс. Группа женщин — Ш. Э. Латкина, О. В. Сидорова, Е. В. Бострем выразили публичный протест губернатору. И хотя это не спасло Михаила Васильевича от высылки, но было важно для него как проявление гражданского чувства. «Такие поступки как взрывы электричества в воздухе,— писал он,— всегда освежают атмосферу, низводя благодатные действия в захиревших зачатках общественных сил, возбуждают их рост».
Но и на новом месте Петрашевский не успокоился. Он продолжает писать разоблачительные заметки, жалобы на местное начальство, становится ходатаем по крестьянским делам, лечит жителей. Кроме того, местное начальство смущали его связи с ссыльными поляками. Опасаясь усиления влияния Петрашевского, власти выслали его в с. Вельское Енисейского округа. Но Петрашевский и отсюда продолжал рассылать свои «предерзостные» послания. Вече¬ром 6 декабря 1866 г. он вернулся из Енисейска, куда ездил для разбирательства своей судебной тяжбы, а на следующее утро его нашли мертвым. Как было установлено полицейским расследованием, смерть наступила от кровоизлияния в мозг. На смерть Михаила Васильевича откликнулся А. И. Герцен. В «Колоколе» был помещен некролог, заканчивавшийся такими строками: «Да сохранит потомство память человека, погибшего ради русской свободы, жертвой правительственных гонений».
В 1864 г. в Енисейскую губернию стали прибывать партии поляков, высланных в Сибирь за участие в восстании 1863 г. (всего более четырех тысяч человек.). Губернская администрация старалась выбирать для их поселения удаленные места. Большая часть поляков была расселена в Канском и Минусинском округах.
Весной 1865 г. в Красноярске и Канске были созданы подпольные организации ссыльных поляков под руководством П. Ляндовского, Ю. Шленкера, Ю. Ратынского. С прибытием в красноярскую тюрьму в октябре 1865 г. Н. А. Серно-Соловьевича, одного из организаторов «Земли и воли», деятельность ссыльных поляков приобрела более активный характер. В лозунги подготавливавшегося восстания наряду с требованиями возвращения ссыльных на родину были включены общедемократические требования.
Связи ссыльных шли не только в другие города Сибири, но и в центр страны. В их установлении активную поддержку оказали жители губернии — жена чиновника Малецкого, капеллан красноярского католического прихода Пукен, врач И. Залесский, купец Е. Голубков. Денежную помощь тайной организации оказывал золотопромышленник П. И. Кузнецов.
Вскоре жандармам стало известно о существовании организации ссыльных, однако власти не решились на гласное следствие и суд над ее участниками. Опасаясь общественного резонанса, они выслали в административном порядке ее участников в отдаленные местности Восточной Сибири.
Новый приток политических ссыльных в Сибирь был связан с массовыми политическими процессами над деятелями народнического движения. На территории Енисейской губернии с 1879 по 1892 г. отбывали ссылку свыше тысячи участников народнических организаций. По своему культурному и образовательному уровню они представляли настоящую находку для края, остро нуждавшегося в грамотных специалистах и в людях, неравнодушных к общественным нуждам. Среди них доля имевших высшее образование составляла почти 30%, незаконченное высшее — 40%. Более половины ссыльных была занята в сфере интеллектуального труда.
Правительство и местные власти стремились всячески ограничивать участие политических ссыльных в жизни сибирского общества, прибегая к жесткой регламентации их занятий. Прежде всего — связанных с интеллектуальной деятельностью, поскольку это открывало возможности для идейного влияния ссыльных на местное население. А поэтому ссыльные, среди которых имелось немало кандидатов наук, вынуждены были заниматься неквалифицированным трудом. Так, С. Геринг, окончивший курсы Коммерческой академии, с трудом нашел себе место приказчика в одном из магазинов Красноярска. Л. П. Симиренко, имевший степень кандидата естественных наук, служил садовником у известного золотопромышленника Кузнецова.
Между тем потребности общества в квалифицированных специалистах были настолько остры, что местные власти нередко отступали от строгих инструкций и прибегали к помощи своих политических противников. С другой стороны, и для самих ссыльных научно-исследовательская и культурно-просветительская работа в условиях ограничения общественной деятельности становилась единственной возможностью реализовать свои гражданские позиции.
Многие из них обращаются к изучению народной культуры: оригинальными исследователями старожильческого населения Приангарья проявили себя ссыльные народники В. С. Арефьев и А. А. Макаренко.
Тематика научного творчества Арефьева поражает многогранностью: он изучал народную песню, медицину, религиозные верования, хозяйственный быт, свадебные обряды русского и туземного населения Енисейской губернии, фольклор поселенцев. В его работах «В низовьях Ангары», «Свадьба в ангарской деревне» представлен этнографический материал, всесторонне характеризующий жизнь и быт русского крестьянства Приангарья. Народник убедительно опроверг распространенное в научной литературе утверждение об ущербности духовной жизни сибиряка и искаженное представление о бедности его песенного фольклора.
Крупным исследователем Сибири стал 
Большой вклад в изучение крестьянского хозяйства Минусинского округа внес
Исключительно яркой личностью среди ссыльных народников Енисейской губернии был 
С Енисейской губернией было связано начало научной и творческой деятельности видного писателя и общественного деятеля
Елпатьевский С. Я. Из воспоминаний. Уфа, 1984.
Обращение народнических революционеров в годы сибирской ссылки к науке и культурно-просветительской работе не стало для большинства из них отказом от прежних социальных идеалов, а было наполнено глубоким общественным смыслом. Один из ссыльных народников, Н. А. Виташевский, возражая на обвинения в политическом ренегатстве, писал: «Мы собственным примером и внушением способствовали умственному и нравственному, и политическому воспитанию, развитию местной инородческой и русской молодежи. Мы развивали сознание собственного достоинства, пробуждали чувство солидарности, зажигали искру борьбы за лучшее социальное, экономическое и политическое будущее».
В конце XIX — начале XX вв. партийный состав ссылки заметно меняется, возрастает представительство нарождавшейся российской социал-демократии. Одним из первых социал-демократов, сосланных в Енисейскую губернию, стал В. П. Арцибушев. За время пребывания в с. Тасеево в 1891—1899 гг. он написал очерк «История одной сибирской деревни», который стал первым исследованием социально-экономических процессов в среде енисейского крестьянства с марксистских позиций.
В конце 1890-х гг. в Енисейскую губернию были высланы участники «Союза борьбы за освобождение рабочего класса»: В. И. Ленин, П. Н. Лепешинский, М. А. Сильвин, В. К. Курнатовский, В. В. Старков, Г. М. Кржижановский, А. А. Ванеев и др. Большая часть их вскоре оказалась поселенной в Минусинском уезде.
