Изменение плана
Летом 1877 года Минусинский окружной землемер Павел Ведерников, по распоряжению губернского начальства, внес некоторые изменения в «высочайше утвержденный» план Канска.
Они отразились в следующих описаниях.
«Против кузнечного ряда назначен в 40 саженях другой ряд для кузниц; существующая между Гостинодворскою и Сенною улицами, улица Иорданская (предполагаемая под застройку) оставлена в том виде как она ныне существует; присутственные места и почтовая контора предположены на места, где по Высочайше утвержденному плану предполагались казармы (которые выстроены на Этапной площади), так как место, предполагаемое под присутственные места, застроено частною постройкою; предполагаемые же на Подмагазинской площади построиться винные подвалы и соляные магазины уничтожены, так как их не существует и по неимению продажи от казны соли и вина, в таковых надобности не предстоит; черта города с северо-западной стороны прибавлена..., а по случаю изменения городской черты, выправлены по возможности правильными фигурами приближенные к черте города кварталы, предположено место для постройки вновь больницы»
К сожалению, познакомиться с самим планом города Канска, составленным землемером Ведерниковым, пока невозможно, так как обнаружить его в материалах музеев и архивов до сих пор не удалось.
Любопытно то, что это единственный не найденный план из официально утвержденных в дореволюционный период развития Канска.
Его утверждение Енисейским Губернатором, как сообщают документы, состоялось 28 августа 1881 года.
В начало
Названия первых улиц
В сообщении П.Ведерникова о внесенных в план города изменениях, указаны названия трех канских улиц: Гостинодворской, Сенной, Иорданской. Последняя, по плану 1858 года, предполагалась под застройку. Что это за улицы?
Планом землемера А. Разсказова предполагалось новой застройкой закрыть одну улицу: это, вероятно, и была Иорданская улица (ныне — Крестьянская). О происхождении первоначального её названия можно высказать следующее предположение.
В семидесятые годы прошлого века в Канске жил второй гильдии купец Федор Иорданский. Фамилия его, возможно, и отразилась в названии улицы.
Улица Гостинодворская (ныне Краснопартизанская) пролегала вдоль северного фасада гостиного двора — что и дало ей название.
Сенная улица (ныне ул. Урицкого) начиналась от Спасско-Соборной площади и выходила на большой пустырь, где, возможно, размещался сенной базар.
Это одни из первых названий улиц Канска.
В начало
Городские зарисовки
Выразительная картина городского быта Канска восьмидесятых годов прошлого столетия предстает в одном из архивных документов.
Чиновник особых поручений Енисейского общего губернского управления П. Окулов в конце 1889 года отправил Енисейскому губернатору донесение следующего содержания:
«Будучи в городе Канске, я осмотрел его в санитарном отношении и о результатах осмотра имею честь доложить Вашему Превосходительству. Улицы и площади города Канска походят на обширный скотный двор и собачник, так как повсюду можно встретить то табуны быков, коров, лошадей, то стаи собак, вследствие чего все улицы и площади покрыты навозом. Свалка нечистот производится, по указанию Городской Управы, на старом кладбище, где одиночно стоящие кресты окружены кучами навоза. Старое кладбище примыкает как раз к задним дворам жителей Амурской улицы. Нужно удивляться как могла городская управа указать сваливать нечистоты, во-первых, на старом христианском кладбище, где стоят кресты и во-вторых, вблизи от домов горожан. Весь берег реки Кана завален навозом. Причем жители набережной улицы, нисколько не стесняясь, выбрасывают все нечистоты на лед реки Кана. Жители же ближайших к реке Кану улиц, избрали местом для свалки нечистот также берег реки Кана, почему в некоторых местах образовались обширные скопления всяких отбросов. Благодаря обилию всяких нечистот на берегу и на льду реки Кана, весною жители вместо воды будут получать зловонный экстракт из навоза. Вообще объезжая Канск я нашел, что в нем есть мало свободного от нечистот места. Кроме того, городская управа для осушения города провела канаву, сточные воды которой образуют в теперь уже заселяющейся части города зловонное, гниющее болото. Притом болото это по кускам продается и купившие засыпают его навозом и строятся, как сообщил мне начальник местной воинской команды капитан Рунский, ибо лично, зимой, в существовании болота не мог убедиться. Не зная статистики смертности в городе Канске, можно сказать, что такое близкое соседство с навозом приближает город Канск к тем городам, где смертность, ото всякого рода инфекционных болезней, достигла своего максимума».
Такую вот неприглядную картину о Канске оставил для истории чиновник Окулов. Данный грустный документ еще раз подтверждает непреходящую актуальность проблем экологии сибирских городов.
В начало
Сверка плана
...В декабре 1890 года исполняющий должность губернского архитектора Александр Александрович Фольбаум совершил очередную поездку в Канский округ, во время которой произвел сверку плана Канска 1881 года с натурой и нашел между ними значительные разногласия.
А.А.Фольбаум обнаружил, например, что
«на плане пропущены здания этапа и конвойной команды, между тем показаны несуществующие казармы женатых нижних чинов местной команды; самая разбивка улиц произведена несогласно с утвержденным планом; кроме того — самый проект плана представляет большие недостатки: разбивка вновь предложенных кварталов произведена настолько неудачно, что улицы получились все ломанные; тракт проведен у самой ограды тюрьмы — что никаким образом не может быть допущено».
Архитектор предложил, в частности: затребовать у Канской городской думы первоначальный «Высочайше утвержденный» план города и, руководствуясь им, пересоставить план Канска, уменьшая по возможности ломку существующих кварталов, и по утверждении нового плана строго наблюдать за точным его выполнением.
Енисейский Губернатор, согласившись с А. Фольбаумом, направил в январе 1891 года в Канск предложения по вопросу о пересоставлении городского плана.
Однако как раз в то время город жил в ожидании серьезных перемен. Эти ожидаемые перемены были связаны с прокладкой Сибирской железной дороги, и предложения Губернатора остались без ответа.
К вопросу о пересоставлении плана канская городская дума вернулась только в 1895 году. Постановлением от 27 августа она определила:
«предоставить городскому голове приискать специальное для сей надобности лицо, с которым и войти в соглашение, относительно пересоставления на город Канск плана в смысле увеличения территории черты городского поселения из выгонных земель, прилегающих к существующей черте города с восточной, южной и западной сторон, причем иметь в виду: возможно большее расширение городской черты с западной стороны; не наносить на план новых кварталов под застройку вблизи существующего с южной стороны города городского кладбища, болот и озер; при исправлении существующего плана в отношении неправильности улиц, застроенных уже кварталов, иметь по возможности в виду интересы тех жителей города, которые возвели согласно прежнего плана строения, дабы новым планом не вынуждать их переносить таковые на другие места»
Вопрос о плане Канска вскоре вновь был поставлен перед городской думой.
В начало
Город и железная дорога
В середине сентября 1895 года из канцелярии Иркутского Генерал-Губернатора были направлены Енисейскому Губернатору документы по делу о постройке железной дороги. Особое внимание в этих документах обращалось на докладную записку, составленную преподавателем петербургских институтов гражданских инженеров и инженеров путей сообщения архитектором Д.А.Лебедевым. Общественным управлениям городов Енисейской губернии, расположенных вдоль линии железной дороги (Ачинск, Красноярск, Канск) предлагалось рассмотреть вопросы, выдвинутые Лебедевым.
Основу докладной записки составляло обоснование идеи «о заблаговременном составлении планов, имеющих возникнуть вдоль Сибирской железной дороги городов и поселений».
Архитектор предлагал с самого начала строительства новых сибирских городов установить ряд общих требований их формирования.
Например, он отмечал: в связи с тем, что
«от Челябинска до Байкала почти все реки текут с юга на север, образующиеся в настоящее время поселки скоро вырастут в города и должны строиться непременно с правой, то есть с южной стороны полотна железной дороги, а железнодорожные депо, мастерские, склады, фабрики и заводы с левой, то есть ниже по течению, чтобы не загрязнять вод села или города».
Д.А.Лебедев надеялся осмотреть наиболее значительные станции Сибирской линии и выработать, при содействии студентов института гражданских инженеров, планы будущих городов и селений к апрелю следующего, 1896 года.
Канская городская дума на заседании 20 октября 1895 года рассмотрела присланную ей докладную записку. При обсуждении было отмечено:
«...поставленныйЛебедевым вопрос о том, чтобы города Сибири сообразно течения реки строить непременно с правой, то есть с южной стороны полотна железной дороги, для города Канска неосуществим, потому что линия Средне-Сибирской железной дороги огибает город с южной и восточной сторон; кроме того местность с южной стороны полотна означенной дороги может быть удобною для заселения только в отдаленном будущем, вследствие того, что означенная местность почти сплошь с самыми незначительными исключениями покрыта озерами и болотами, а на имеющейся почти единственной возвышенности, находится городское кладбище.
Сверх означенных неудобств к застройке местностей с южной стороны полотна железной дороги в санитарном отношении присовокупляется еще дальнее расстояние от реки Кана. Следовательно предложение составления плана на город Канск с распространением его на южную сторону полотна железной дороги, как по изложенным выше причинам, так и по многим другим местным условиям по меньшей мере преждевременное».
Члены городской думы решили дождаться приезда Лебедева и под его руководством составить новый план. Правда, осуществить задуманное крупномасштабное градостроительное мероприятие архитектору Д. А. Лебедеву не удалось.
Тем не менее проведенная им и думой работа позволила уточнить направление градостроительного развития Канска.
...Два года спустя, в конце августа 1897 года городская дума рассмотрела составленный тем же летом новый план Канска.
В этом плане
«против Высочайше утвержденного 1 мая 1858 года и пересоставленного и утвержденного Енисейским Губернатором 28 августа 1881 года»
были произведены изменения; на необходимость отдельных из этих изменений указывал еще архитектор А. А. Фольбаум.
Городская дума нашла
«план составленным правильно и сообразно с местными условиями».
Он был направлен
«на распоряжение господина начальника губернии»
, но через год возвращен в Канск, потому что не мог быть представлен на утверждение, так как не удовлетворял
«требованиям данной строительным отделениям инструкции».
Спустя еще год, 11 августа 1899 года Канский городской голова уведомил строительное отделение о том, что
«вопрос о пересоставлении на город Канск плана останавливается по случаю отсутствия точных сведений о границах выгонных земель».
В 1897 году началась эксплуатация железнодорожной линии Красноярск — Канск.
Полоса отвода Сибирской железной дороги прошла в непосредственной близости от сложившейся застройки Канска, создав искусственную границу — преграду развитию города в южном и юго-восточном направлениях. Вследствие того, что с северной и северо-восточной сторон существовал естественный рубеж — река Кан, для территориального развития города оставалось лишь западное направление.
Эти факторы определенным образом повлияли на рост города: на протяжении почти тридцати последующих лет территориально он был ограничен.
Железнодорожная станция заняла одно из ведущих мест в структуре Канска. Вокзал стал важным центром притяжения населения.
Уже в первый, 1897 год эксплуатации Канской железнодорожной станции возникла потребность в проведении новой улицы от городской Соборно-Спасской площади к вокзалу. Эта новая улица объединила две главные городские площади (Соборную и Привокзальную) в единый центр, сохранивший свое функциональное значение по настоящее время.
В начало
Старинное кладбище
На заседании Калекой городской думы 21 июня 1895 года было доложено заявление одного из известных общественных деятелей города Акима Трофимовича Шахматова. Он доложил:
«место, на котором находилось прежде кладбище и на котором находятся еще остатки воздвигнутых на оном усопшим родителям и прочим родственникам жителей города Канска, памятников и крестов, назначено по плану на город Канск под обывательские постройки, между тем в виду памяти усопших, а также и того, что место это в недалеком сравнительно прошедшем времени чтимо было жителями города как посвященное по обряду христианской религии, на котором совершались богослуж¬ния, по мнению его, Шахматова, следовало бы изъять местность старого кладбища из-под обывательских построек».
Городская дума, обсудив изложенное заявление, нашла:
«бывшее кладбище находится с южной стороны города по направлению к линии строящейся железной дороги, пространством в натуре по улице 70 и поперечнику 60 погонных сажен. По высочайше утвержденному в первый день мая 1858 года на город Канск плану значится запасным кварталом под обывательские постройки, а по пересоставленному в 1881 году плану, утвержденному 28 августа того же года господином бывшим Енисейским губернатором, Тайным Советником Лохвицким, место это назначено уже не запасным, а подлежащим к застройке кварталом, но построек на нем, кроме временно устроенной администрацией строящейся железной дороги кузницы, нет и поэтому означенное кладбище свободно может
быть изъято из-под обывательских построек; а потому городская дума принимая во внимание основательное заявление гласного Шахматова, а также и то, что постройки жилых помещений на сравнительно недавнем кладбище в виду гигиенических и санитарных условий не должны иметь места, так как обязательные при жилых постройках земляные подполья, подвалы и тому подобные сооружения кроме неуважения к прахом усопших, заражая воздух в сих постройках имели бы вредное влияние на здоровье жильцов, определяет: просить господина Начальника губернии, разрешить городскому управлению изъять из-под обывательских построек означенную выше местность, на которой находилось кладбище; в случае удовлетворения сего ходатайства представить городскому управлению при помощи жителей города, кто этого пожелает обнести местность, на которой находилось кладбище, загородью, а для того чтобы загородь эта не представляла безобразного вида произвести на нем посадку деревьев»
В начале ноября 1895 года строительное отделение
«нашло, что изъятие от застройки квартала бывшего кладбища отвечает санитарным требованиям»
и полагало возможным
«квартал сей признать свободным от застройки, обращенным в площадь».
В начало
На рубеже веков
В последние десятилетия прошлого столетия в Канске возводятся несколько зданий общественного назначения, о которых следует кратко упомянуть. Одним из этих зданий, сохранившимся в измененном виде до наших дней, является бывший еврейский молитвенный дом.
Архивные документы сообщают, что:
«в Канске построен с разрешения Енисейского губернского правления от 7 мая 1882 года (согласно плана и свидетельства, выданного на эту постройку канскою городскою управою 8 марта 1883 года) деревянный молитвенный дом, самый же план надо полагать сгорел в числе прочих дел в бывший в 1885 году в городе Канске пожар»
О судьбе этого здания известно также то, что в 1895 году инженером С. Худзинским был снят новый план молитвенного дома, с целью получить разрешение строительного отделения
«подвести под этот дом каменный фундамент».
Сегодня это здание, переоборудованное под жилой дом, располагается в начале улицы Ленина.
В первой половине 1890-х годов в городах Енисейской губернии — Красноярске, Енисейске, Ачинске, Минусинске и Канске проводились работы по строительству новых больниц. Наблюдение за постройкой Канской городской больницы осуществлял архитектор А. А. Фольбаум, который разработал и ее проект.
По этому проекту намечалось выстроить комплекс деревянных зданий, объединяющий женский и мужской «больничные бараки», административное здание, хозяйственные службы.
Подрядчиком для выполнения строительных работ был назначен Красноярский мещанин Андрей Дорошенко, и он успешно справился с заказом. Возведенные им здания еще до недавнего времени служили в качестве медицинского учреждения, которое располагалось по улице Комсомольской — южнее железной дороги.
Четвертого февраля 1897 года Енисейская Духовная Консистория направила в строительное отделение при Енисейском губернском управлении для рассмотрения проект:
«на постройку каменной церкви в деревне Канско-Перевозинской, составленный губернским архитектором Фолъбаумом».
Фольбаум также выбрал участок под постройку храма в центральной части деревни, на большом Московском тракте.
В сентябре 1899 года Епископ Енисейский и Красноярский просил Губернатора
«сделать распоряжение о командировании архитектора в деревню Канско-Перевозинскую для освидетельствования в прочности вчерне построенного каменного храма в оной деревне»
В настоящее время эта деревня составляет один из правобережных районов Канска. Церковь, к сожалению, не сохранилась.
В. А. Долгоруков в своем «Путеводителе», изданном в 1899 году, сообщает о Канске следующие сведения:
«Местность, на которой лежит Канск, настолько низменная, что весною город сильно затопляется разливающимся Каном. В настоящее время жителей в нем 8236 душ обоего пола (мужчин — 5052, женщин — 3184). Домов около 530. В городе две каменные церкви — собор и кладбищенская. Главный предмет торговли — хлеб, которым Канск снабжает Иркутск и прииска северной Енисейской тайги. В нем имеется 16 небольших заводов, преимущественно — кирпичных, кожевенных и мыловаренных, и с небольшим 40 лавок и магазинов, среди которых лучшими считаются мануфактурные и бакалейные магазины Гадалова, Тимофеева и Кузнецова. В городе имеются два училища — мужское и женское, почтово-телеграфная контора, общественный городской банк с ежегодным оборотом до 150 000 рублей, больница и различные правительственные учреждения. Но ни библиотеки, ни клуба, ни сада в Канске нет. Улицы города не мощены и фонарями, за самым ничтожным исключением не освещаются. Вообще, Канск напоминает скорее большое торговое село, чем город. Гостиница в Канске одна и несколько заезжих домов, плохо обставленных, в которых проезжающий не всегда может удовлетворить даже самые скромные требования по части питания»
Динамику городского развития Канска во второй половине XIX века некоторым образом характеризуют следующие статистические сведения.
Город Канск во второй половине XIX века
В начало
|
ИТОГИ МОДУЛЯ
|
|
|
Вопросы и задания к модулю VI
|
Вперед
Назад
|
