В словаре С.И. Ожегова, вышедшем в 1949 году, сказано: «грубый, плетенный из мочала материал для упаковки». Словарь В.И. Даля (1882) называет рогожу еще «рогозой» и «рогозиной» и трактует ее как «ткань, плетенку…из рогозы, куги, или мочал». Рогоза, куга – это всем известное растение рогз. Оно водится по берегам болот и озер, его часто ошибочно называют «камышом».

   Такая разница в объяснениях, предполагаемых двумя именитыми авторами, говорит о том, что многое успело забыться, уйти. Этимологи в связи с рогожей никаких лык и мочал не упоминают вообще: для них очевидно, что рогожу делали из волокон рогоза, который, в свою очередь, сохранил это название с незапамятно древних, «праевропейских» времен. Как и «мы», слово «рогоз» имеет родственников в иных языках, но оно само ниоткуда не было заимствовано.

   Ткань, сделанная из волокон рогоза, а позже и из мочала – рогожа – использовалась у древних славян в основном для хозяйственных целей. Одежда из такой ткани в ту историческую эпоху была не просто «непрестижной» – она была, прямо скажем, «социально неприемлемой», означая последнюю степень бедности, до которой мог докатиться человек.

   «В рогожу одеться, от людей отречься», – предупреждает пословица, записанная В.И. Далем в XX веке, когда нужда часто стучалась в крестьянские избы: даже в нелегкие времена такая нищета считалась постыдной. Что же касается древних славян, то человек, одетый в рогожу, был либо удивительным образом обижен судьбой (чтобы так обнищать, требовалось разом утратить всех родственников и друзей), либо был изгнан семьей, либо это был безнадежный дармоед, которому все равно, лишь бы не работать. Словом, человек, имеющий голову на плечах и руки, способный трудиться и при этом одетый в рогожу, симпатий у наших предков не вызывал.

   Единственным допустимым видом рогожной одежды был плащ от дождя; быть может, такие плащи и видели римляне у германцев. Нет причин сомневаться, что пользовались ими и наши предки славяне, столь же привычные к непогодам. Еще в XIX веке русский крестьянин, застигнутый в поле дождем, укрывался рогожной накидкой, сшитой углом, да похваливал: «Рогожа рядная (то есть самая реденькая) – что матушка родная!»

   Тысячелетия верой и правдой служила рогожа, а появились новые материалы – и в один исторический миг позабыли, что это такое.